Такія книжныя сношенія (я не говорю уже о русскихъ книгахъ, до сихъ поръ безъ записей о покупкѣ ихъ или подаркѣ находящихся въ юго-славянскихъ земляхъ издавна; см. Стояновичъ, № 1957, 1966) падаютъ главнымъ образомъ на XVII в. — время наиболѣе тяжелаго турецкаго и фанаріотскаго гнета и наибольшаго упадка духовной жизни юго-славянъ. Слѣды тѣхъ же сношеній на лицо и до сихъ поръ. Стоитъ пересмотрѣть церковное собраніе книгъ почти всякой сербской или болгарской церкви, — и тамъ, гдѣ собраніе не было расхищено или увезено въ какую-либо библіотеку, въ большинствѣ случаевъ мы встрѣтимся съ такими книгами: евангелія Кіевской и Московской печати, служебная минея, Прологъ того же происхожденія; часто найдемъ рѣдкій у насъ экземпляръ библіи, печатанной въ 1580 и 1581 годахъ въ Острогѣ Иваномъ Ѳедоровымъ[9]. Часто по этимъ книгамъ служатъ и до настоящаго дня. Въ мон. Житомисличѣ, гдѣ мнѣ пришлось быть 3 года тому назадъ, до сихъ поръ служатъ по минеѣ Московской печати XVII в.. Такъ дѣло продолжается и теперь, несмотря на значительное сокращеніе вліянія церковной литературы, послѣ Вука Караджича въ Сербіи, болгарскаго возрожденія и націонализаціи церкви въ Румыніи. Достаточно напомнить, что въ Сербіи до сихъ поръ не находятъ нужнымъ печатать кирилловскія книги дома, находя болѣе удобнымъ получать ихъ изъ Россіи; то же и въ Болгаріи. Въ Румыніи, хотя здѣсь еще въ XVI в. являются попытки дать церкви народный языкъ, почему весьма рано появляются печатный книги (напр., псалтирь, евангеліе) на румынскомъ языкѣ, но печатаются онѣ кириллицей, Московскаго типа; тамъ же въ 1643 г. Анфологіонъ печатаютъ въ Долгомъ полѣ іером. Стефанъ, типографъ сербъ, й Іоаннъ Кунотовичъ, друкарь русъ. (Карат. № 555); а традиціонная лубочная румынская книжка и до сихъ поръ рядомъ съ латиницей печатается той же старой кириллицей московскаго дѣла[10]. Что касается Болгаріи, то эта традиція еще нагляднѣе: еще въ 1846—51 гг. болгаринъ Фотиновъ издаетъ свой политически органъ — Любословіе — въ Смирнѣ и печатаетъ его церковно-славянской, русской, кириллицей. Наконецъ, не лишнимъ будетъ напомнить фактъ и недавняго прошлаго, иллюстрирующій это традиціонное, до сихъ поръ живое вліяніе книги Ивана Ѳедорова: въ Боснѣ и Герцеговинѣ, послѣ ихъ оккупаціи Австріей, правительство австрійское изъ политическихъ видовъ стремится всюду оградить своихъ невольныхъ подданныхъ отъ непріятнаго для этого правительства чужого вліянія, общенія съ другими славянами. Присутствіе въ средѣ Босняковъ и Герцеговинцевъ привычки къ русской богослужебной книгѣ, нахожденіе ея въ сербской православной церкви колетъ глазъ австрійскому правительству; это заставило его рѣшиться замѣнить русскую книгу своей австрійской. Нашлись и люди, готовые исполнить это: Живановичи, Живковичи и др. на средства «Босанской влады» напечатали Евангеліе (1890 два вида: большое и малое) Апостолъ (1892), Служебники (1891), Требники и т. д. для сербовъ-босняковъ. И что же? Въ основу пришлось имъ положить не сербскіе старые тексты, а перепечатать съ искаженіями русскія кіевскія изданія, выкинувъ изъ нихъ все, что рѣзко напоминало Русь и Россію: шрифтъ прямо подражаетъ московскому и даже синодальному; въ святцахъ — русскія памяти (да при томъ и не общія): Іосифъ Волоцкій, Ѳеодоръ Смоленскій, Дмитрій Ростовскій, Покровъ, Освященіе храма Георгія въ Кіевѣ, Дмитрій Вологодскій, Пафнутій Боровскій. Сами исполнители дѣла не могли устоять и ничего противопоставить вѣковой привычкѣ. А начало этой привычки положено Иваномъ Ѳедоровымъ и его первой печатной книгой. Такимъ образомъ славянская кирилловская книга Ивана Ѳедорова до сихъ поръ остается живымъ свидѣтелемъ культурной связи нашей съ южно-славянскимъ міромъ.
