- Спасибо королеве Елизавете!.. Она позволила скрываться в английских гаванях судам "морских гёзов"... Испанские моряки знают хорошо, что значит встреча в море с кораблями гёзов! - продолжал Альберт Курц. - Пускай Филипп Кровавый злится на английскую королеву, мы грудью постоим за ее пресветлую милость... Будьте же и вы добры к нам!.. Пожалейте нас!
Еще раз низко поклонились гёзы московским людям.
Посовещались между собою Петр Совин, Алехин и Керстен Роде и решили отделить часть купленного в изобилии оружия и боевых припасов для нидерландских повстанцев. Гёзы пришлись по душе всем им.
- Государь наш также не честит Филиппа... Испания - папская страна и заодно с Польшей. Папа благословил Польшу на борьбу с Москвой, - сказал Совин. - Правда, Филипп требует у Швеции свободного пропуска товаров, идущих в нарвскую гавань, да пользы что из этого, когда он втайне недружелюбен...
Андрей Чохов с большим усердием помогал гёзам погружать оружие и припасы в лодки голландцев.
Альберт Курц, заметив это, крепко пожал руку Андрею, сказав что-то на своем языке, поминутно повторяя слово "русс".
- Ладно... бог вам в помощь! - произнес Андрей. - Наша рука счастливая.
Керстен Роде подарил две пушки, снятые им в свою пользу по договору с царем с кораблей пиратов, разбитых им на Балтийском море.
Гёзы со слезами благодарили Совина и Керстена Роде.
Находившиеся на "Иване Воине" голландские матросы, принятые на корабль в Англии, поведали немало печального о судьбе их родины.
Испанский король Филипп Второй, насильственно овладевший Нидерландами, в союзе с папой, поднял католиков против протестантов. Став властелином в Нидерландах, Филипп сделал своей нидерландской наместницей побочную сестру свою Маргариту Пармскую, усердную католичку; духовником ее был Лойола, основатель ордена иезуитов. Самовольство иезуитов стало невыносимым для народа, и оттого многие голландцы отложились от католической церкви, поддерживавшей произвол испанских начальников. Народ знал, что выше всякого правительства в Нидерландах кардинал Гранвелла, ставленник папы и Филиппа. Протестанты полюбились народу, и чем сильнее их преследовали, тем больше народ ожесточался против католической церкви. "Морские гёзы" бьют не только католиков-испанцев, но и своих единоплеменников, что держат сторону испанцев. "Морские гёзы" поклялись сбросить испанское иго с плеч своей родины. О московском государе хорошая слава в Нидерландах. Наши голландские купцы охотно плавают в Нарву. Их хорошо принимают в Московии. Поэтому и мы поступили матросами на русский корабль... "Ваш государь заодно с Англией, а католические страны не ладят с ней... Если Балтийское море останется навсегда вашим, слава государя московского разнесется по всем морям и океанам... Он будет самым могучим королем на свете!.."
Последние слова особенно по душе пришлись московским людям. Да! Все они, побывавшие в заморских странах, понимают, какое счастье обладать морским плаванием... иметь свои корабли, возить в чужие страны свои товары и покупать там все, что годится на родине.
И каждый купец чувствовал в душе некоторую долю угрызений совести, когда вспоминал, что его почти силою отправили за море, что некоторым посылка торговых людей царем Иваном Васильевичем казалась пустой затеей самодура-деспота. Но, нет! Хоть и непривычно и страшно ходить за море, однако нельзя не сознаться самому себе, что зря осуждали царя, зря роптали на него.
Недалеко от Нового моря, вернее огромного залива у берегов Нидерландов, именуемого Зюдерзее, московским кораблям пришлось выдержать борьбу с необыкновенно сильным штормом. Корабли на волнах бросало, как щепки. Громадные валы вздымались над кораблями, обдавая их обильными потоками воды, грозя смыть все с палубы. Были сняты фок- и грот-мачты. Само небо, казалось, ополчилось на флот московского царя. Молнии, рассекая острыми стрелами бурную мглу, падали в море около самых кораблей. Громовые раскаты, сливаясь с ревом морской пучины, потрясали воздух.
