Что представлял собой детинец образца 1471 года? Достаточно примитивную каменную, раннесредневековую каменную крепость, со слабо развитыми башнями и скудным «обвесом» куртины. Несмотря на то, что строили ее в 1430-е годы, у него даже кованных подъемных решеток на проездных воротах не было. Да и вообще, строили крепость хоть и из камня, но явно без всякого старания и разумения. А ведь под рукой была Ливония, куда купцы ездили и много чего видели. Однако же, применять «новинки» не стали, будучи уверенные в своей неуязвимости . Разве что ров с водой выкопали, дополнительно отгородив детинец от прочих земель Софийской стороны. Видимо из-за того, чтобы там можно было спокойно пересидеть пожар, который в деревянном городе мог случиться внезапно, выжигая все…
- Кто сообщил о том, что я пойду на Руссу? – Выслушав подробный рассказ архиепископа и посадника о диспозиции, спросил Ваня.
- Что?
- Отче, в Новгороде прекрасно знали, когда, куда и с каким войском я пойду. Кто об этом сообщил? Этот человек хотел убить меня.
- Тебя хотели просто взять в плен…
- Не надо врать! – Рявкнул Ваня. - У меня есть письмо, найденное у Александра Чарторыйского. Писал его покойный сын Марфы. И там прямо сказано, что меня должно убить в том бою, дабы ослабить волю отца моего. Гибель единственного сына кого хочешь подкосит. Не так ли? И ты, отче, прекрасно это знаешь.
Архиепископ глубоко вдохнул и медленно, судорожно выдохнул. А потом вытер выступивший на лице.
- Кто!?
- Филипп… - дрожащим тихим голосом сообщил он, не поднимая глаз. – Митрополит прислал письмо. Предлагал разрешить наши противоречия миром. Чтобы не отлагалась церковь Новгородская и Псковская в пользу Киевской митрополии. И в знак своего расположения сообщал нам о том, что ты пойдешь малыми силами в отрыве от ратей отца своего. И что именно ты склоняешь отца своего к Крестовому походу супротив нас и слова дурные против добрых христиан сказываешь. Месяц же спустя от него второе письмо пришло, в котором говорилось, будто бы не выступит отец твой в поход на север и ты будешь один с тремя сотнями всадников. Пешцев же он хоть и упоминал, но за воинов не почитал, называя ряжеными скоморохами.
- У тебя сохранились те письма?
- Да.
- И он там предлагает убить меня?
- Он пишет, что для всех будет лучше, если ты погибнешь.
- Немедленно пошли за ними, - холодно произнес Ваня. - Мне нужны эти письма. Ты понял меня?
- Да, - глухо произнес архиепископ, испуганно озираясь. Воины княжича слышали их разговор и у них были ТАКИЕ лица, что и не пересказать. Будто сейчас его рвать будут, голыми руками.
- Митрополит писал только тебе?
- Мне то неведомо, - развел руками Феофил.
- Но ты ведь что-то предполагаешь?
- Полагаю, что писал. Борецким и кое-кому еще. Уж больно они воспылали уверенностью в успехе дела. Стали подбивать не токмо рать твою побить, но и на Москву идти после да отца твоего остужать от прыти лишней.
- Ясно… - сухо ответил Ваня, глядя на архиепископа. – Мои условия город принимает?
- Да.
- Все?
- Да. Только…
- Что!?
- Выступая против тебя мы подняли все войска, какие могли. Не спеша, вдумчиво. Собралась двадцать одна сотня. Ныне же после двух поражений и неурядиц внутренних, скудно стало с воинством. Кто погиб, кто ранен, кто разбежался, кто за этих стоит, засев с ними в детинце. У нас едва три сотни осталось, готовых к бою. Мы готовы выставить их для похода на татар. Но их всего три сотни, а не запрошенные тобою пять. И город останется совсем без защиты…
- Кто среди них?
- Владычный полк весь. Сто пятьдесят два всадника.
- Владычный? Весь? – Удивился Ваня. – Везучие у тебя люди.
- Они не ходили в поход супротив тебя. Я не пустил их. Оттого и сберег.
- Хм, - усмехнулся княжич. – Это хорошо. Кто еще?
- Обрывки дружин боярских из тех домов, что за Москву стоят. Все войско Новгорода ныне вокруг моего полка стоит. Никакой дружины свыше двадцати всадников более и не найти по городу.
- Как вы можете это возместить?
- Мы можем дать денег сверх виры.
- Сколько?
- Еще десять тысяч.
- Добавь туда еще двух мастеров колокольных, пятерых - медного дела и дюжину ковалей добрых. Сорок пудов бронзы колокольной . И… - Ваня задумался на секунду… - книги разные. Да. Я люблю книги. Оттого было бы недурно, если бы все книги, что есть ныне в Новгороде и прочих городах да монастырях твоей епархии, были переданы мне в дар, либо как есть, либо в списке. Что на нашем языке, что на иных. А с ними и списки договоров старых.
- Быстро не получится с книгами.
- А и не надо быстро. Лет за десять управитесь – уже хорошо. Главное не тяните. И уезжая, я желая повезти с собой какие-нибудь интересные книги, дабы в дороге не скучать.
Ударили по рукам прилюдно. Посадник все засвидетельствовал и пообещал составить грамоту по освобождении детинца.
Ничего мудрить со штурмом Ваня не стал. Да и зачем? Действовали по отработанной схеме, которая вполне надежно работала. Его люди подвезли к воротам крепости мину на двуколке и подорвали ее. Крепость-то хоть и каменная, да вот только ворота оставались деревянные. Крепкие - то без всяких сомнений. Но деревянные.
