Если бы не поспешное предупреждение горгоны о том, что великан, наряду с плохим зрением, к несчастью, пониженным слухом отнюдь не страдал, то Масдай мог бы услышать о себе и своей генеалогии много нового и интересного.
Даже добродушный Мека не поленился на этот раз подняться на высоту зависания ковра и боднуть его, правда, не сильно.
– Ну, давай, Мими, потянули! Раз-два – взяли! – шепотом скомандовал Серый.
– Нет!!! Мы так сломаем ветки! – ухватила его за руки Медуза.
– Ну, и что? – не понял проблемы Волк.
– Слепота – не слепота, а сторож мгновенно будет здесь!
– Ну, и что?
– Но он убьет нас!
– Нет. Это мы убьем его.
– Я никого убивать не собираюсь!
– Я про себя говорю.
– Ты его не убьешь. Поверь мне.
Волк презрительно фыркнул.
– Если бы от него было так легко избавиться, думаешь, в саду еще оставалось бы хоть одно яблоко?
Волк ничего не ответил, но всем своим видом показал, что если бы за дело взялся он, то уж ни одного яблока к концу сезона тут не осталось бы точно.
Но было темно, и его пантомима осталась не оцененной.
– Ну, и как меня снимать будем? – прошелестел Масдай.
– Никак. Оставим тут висеть, пока сторож не придет, – раздраженно фыркнул Волк и полез на дерево.
Найти на ощупь яблоко побольше и сорвать его было делом одной минуты.
Сунув его в карман, и воровато оглянувшись, Серый нащупал и попробовал сорвать еще одно.
С таким же успехом он мог попытаться оторвать свой собственный нос.
Пробормотав, несколько разочаровано, что-то вроде "Так и помрем без витаминов", Волк осторожно спрыгнул на землю.
– Мими, – потянул он Медузу за рукав. – А ты бы не могла взлететь и снять оттуда эту ковровую дорожку?
– Извини, Ликандр, нет, – шепотом, в самое волчье ухо отозвалась она. – Он... Нектарин... пробил мне крыло, и пока оно не заживет, я не смогу летать...
– А говорили, что оно железное!..
– Это выдумки малообразованных людей! – зашептала горгона. – Как бы мы, по-твоему, летали с железными крыльями?
– С грохотом? – предположил Волк.
На соседних яблонях лениво зашелестела от бродячего ветерка не накрытая Масдаем листва.
– А смотри-ка, – вслух заметил Серый. – Ураган-то как быстро кончился! А, казалось, такая же буря разразится, как тогда, когда нас и Иваном разделило!..
– А она и разразилась, – подтвердила Мими. – Там, за стенами сада. Тут мы ее не ощущаем, но если бы попробовали вылететь сейчас назад, то почувствовали бы всю ее ярость!..
– А отчего у вас такие ураганы бывают? Внезапные, я имел ввиду?
– Дедушка нам рассказывал один красивый древний миф о вечной борьбе циклона и антициклона, и как они целыми фронтами без устали сражаются друг с другом, пока один из них не одолеет другого... Но это суеверие, сказка для маленьких. На самом деле все знают, что это гневается Дифенбахий, верховный бог Мирра, и стучит своим посохом о твердь небесную.
На этом Мими задумалась на секунду, как будто вспоминая что-то, и добавила:
– Научно доказанная гипотенуза!
– О.
– Ме.
– А вот ты сейчас сказала – дедушка... – заинтересовался Серый.
– Да. Наш дедушка – морской старец Нелей. Он нас очень любит. И мы его тоже, – подтвердила Медуза.
– А родители ваши кто? – продолжил вопрос Волк.
– Родители? У нас нет родителей. У нас только дедушка.
– Как так? – озадачился он. – Так не бывает!..
– Почему это не бывает? – удивилась Мими. – А вот я читала, что в одной далекой северной стране, уже не помню ее названия, у старого бога Суровой Прохлады есть внучка... внучка... Замороженный Дождь?.. А родителей у ней тоже отродясь не было! Так что, и вовсе это не неслыханное дело!..
– Да? – удивленно покачал головой Серый. – Вот чудеса... Никогда про таких не знал... Надо же... Вот ведь, правильно говорят: век живи – век учись... Дураком помрешь...
Первые лучи солнца застали похитителей фруктов приложившими уши к стене и напряженно прислушивающимися, не кончился ли шторм за пределами сада.
– По-моему, стихает, – высказал предположение Волк.
– А по-моему, еще не очень, – усомнилась Медуза.
– И что ты предлагаешь? – ядовито поинтересовался Волк. – Сидеть и ждать, пока придет этот твой непобедимый мордоворот со своей дубинкой?
– Может, не придет, – пожала плечами Мими. – Может, он снаружи у ворот стоять будет.
– Снаружи? В такой-то ураган?
– Но ты же сам сказал, что он уже стихает!..
– Тогда полетели?
Откуда-то из глубины сада донеслось невнятное ворчание-рычание и звук медленных тяжелых шагов, как будто сваи заколачивали: "Бум. Бум. Бум."
– Побежали!..
– В какую сторону?
– Туда!..
– Быстрей!
Найти старую яблоню и печальным шатром на ней обвисшего Масдая было делом более чем несложным. Даже при зарождающемся свете дня их обоих было прекрасно видно с этого конца сада.
И, как подсказывала неуступчивая наука логика, со всех остальных концов – тоже.
Когда они, задыхаясь и хватая ртами воздух, добежали, наконец, до злополучного ковра, с противоположной стороны сада сотрясающие землю шаги уже спешили сюда же.