Наступившая темнота заставила ночевать прямо на леднике. К тому же, с трудом передвигаясь, сильно отстал топограф Г. М. Петров; к нему на выручку отправился Ахун. Остальные носильщики, сбросив вьюки, скрылись среди боковых морен. Дров не было. Стали рубить сани, развели костер, сварили еду и чай. К огню потянулись и ушедшие носильщики. В этот день прошли около 13— 14 верст, а на следующий, 16 августа, половину дня спускались по крутому леднику с множеством трещин, затем — по старой конечной морене, окончательно измучившей людей. Но впереди, за мореной, был аул. Маленький и бедный, он был встречен ликованием. Здесь устроили праздник: резали оставшихся козлов, мылись и отдыхали. Итак, Зеравшанский ледник был пройден за 4 дня вместо предполагавшихся 10—12 дней. Каждый день пути по леднику, как и было оговорено, И. В. Мушкетов направлял письма в Самарканд А. А. Акимбетьеву и в Ташкент В. Ф. Ошанину. 16 августа И. В. Мушкетов направил письмо А. А. Акимбетьеву такого содержания.
В тот же день, 16 августа, расставшись с носильщиками (которые прежней дорогой, по Зеравшанскому леднику, отправились обратно) и наняв в ауле нескольких лошадей для вьюков и больного топографа Г. М. Петрова, все пешком направились "вниз по долине Зардаля, но, пройдя 8— 10 верст, встретили высланных к ним лошадей и дальнейший путь проделали верхом. 20 августа прибыли в Сох, куда вскоре пришел и караван экспедиции. В Сохе экспедиция разделилась: Д. Л. Иванов двинулся на восток продолжать начатые им весной исследования в Фергане, а И. В. Мушкетов поехал в Ташкент и в начале сентября возвратился в Петербург.
Уже 16 сентября 1880 г. в Минералогическом обществе он сделал сообщение о своем восхождении на Зеравшанский ледник и 3 декабря более подробно доложил об этом на заседании Географического общества, указав, в частности, на отступание ледников системы Зеравшана, по его мнению, характерное и для других ледников Тянь-Шаня и Памира.
В 1880 г. И. В. Мушкетов по представлению профессора В. И. Мёллера за свои труды по изучению Средней Азии был удостоен высшей награды Географического общества — Константиновской медали. Свой отзыв В. И. Мёллер заключал такими словами: «.. .все исследование И. В. Мушкетова очевидно носит характер подвига, полного самоотвержения и по всей справедливости заслуживающего высшей награды, какою общество располагает».{31} В 1881 г. И. В. Мушкетов был избран членом Совета Русского географического общества. Все это говорит о признании выдающихся его заслуг в изучении геологии и географии Туркестана.
