— Отчего вы ждете пятнадцатое мая?
— Съ пятнадцатаго мая по пятнадцатое іюня ловъ запрещенъ по ркамъ, вс ловцы и прибгаютъ въ городъ, а такъ и моряки подвалятъ.
— Морякамъ какая нужда до пятнадцатаго мая: запрещенъ ловъ только въ ркахъ…
— Морякамъ тоже посл пятнадцатаго мая скоро конецъ приходитъ.
— Какъ конецъ?
— А такъ, станутъ жары: вода въ мор бываетъ такая соленая, все равно, что купоросъ… На припасы нападаетъ чума — ту чуму ничмъ не ототрешь.
— Какая чума?
— А такъ, черная такая слизь, — ничмъ ты ее не ототрешь; возьмешь въ руки какой припасъ — такъ онъ весь и ползетъ: просто бросить надо.
— Поэтому моряки и съзжаются въ городъ посл пятнадцатаго мая непремнно?
— Посл пятнадцатаго, а то посл двадцатаго, двадцать пятаго выходятъ изъ моря; а сюда приходятъ, кто далеко стоитъ, недли черезъ дв.
— Тогда и торговля ваша лучше войдетъ? спросилъ и шинкаря.
— Тогда такая гульня пойдетъ!.. Всю ночь напролетъ гуляютъ, по улицамъ ходятъ, псни поютъ!..
На берегу та же жертвенность: нсколько судовъ разныхъ наименованій стоятъ на берегу; нсколько лодокъ привязано у берега; а нкоторыя, только сдвинуты переднею частью на берегъ; народу же — будто Мамай прошелъ… Нигд ни души.
1870
