«И вот славянофилы и западники вдруг сходятся в одной и той же мысли, что теперь нужно всего ожидать от народа, что он встал, идет и что он... скажет последнее слово».
«Народу ли за нами, или нам за народом?» – вот, что теперь все говорят. Мы должны преклониться перед народом и ждать от него всего, и мысли, и образа: преклониться перед правдой народной...»
Достоевский: «Народ темен и невежествен».
К. Аксаков: «Народ образован и просвещен».
И ТО И ДРУГОЕ! (выделено Ю. В.)
«Наша нищая, неурядная земля, кроме высшего слоя своего, вся сплошь, как один человек».
Духовное единение, какого в Европе нет.
Все 80 миллионов – едины! (Ю. В.)
«Татьяна отказала Онегину, ибо не желала делать НЕСЧАСТНЫМ МУЖА».
Где это?! (Ю. В.)
Из писем Ф. М. Достоевского Майкову.
О Верховенском (Грановском).[202]
«Но при чем же Грановский в этой истории? Он для встречи двух поколений все одних и тех же западников, чистых и нигилистов...»
Дальнейшее показало, что корень зла – русский, из недр России!
По убеждению Достоевского:
– свойственные либералам 40-ых годов отказ от национальной самобытности, стремление «пойти на выучку» к Западу послужили как бы преддверием «нигилизма» вообще и «нечаевщины» в частности.
А как же исконное русское – бунты. Пугачевщина, Разинщина?
Достоевский не объясняет причин появления революционного брожения в России!
Недовольство реформами...
Н. Бердяев о Ставрогине.
«Н. Ставрогин – родоначальник многого... и русское декадентство зародилось в Ставрогине».
И много чего другого!
Генералы Гражданской войны – все эти Саблины, Муравьевы, Раскольниковы, Антоновы-Овсеенки...
Бездеятельность героев Достоевского.
Идея «съедает» человека только в условиях бездеятельности.
Все романы Достоевского пронизаны идеей денег. Деньги – все. Для Желябова – ничто!
Piccolo bestia[203]
Тарантул – во Флоренции, в гостинице.
Этот тарантул – маленький, мохнатый – виной тому Биконсфилд.[204] Забежал в Европу. Называет его не иначе, как «этот Израиль».
Страшная ненависть к нему!
И при этом – рассказ о двух повешенных турками священниках. А где ненависть к русским «вешателям»?
Биконсфилд говорит, что все эти добровольцы в Сербии – социалисты и коммунарии...
Достоевский с этим спорит.
Но – Клеменц, Баранников, Жебунов и пр.?[205]
«Халаты и мыло» – о взятии Казани, и о том, как прекрасно будет организована новая русская власть в Константинополе.
Презрение к мусульманам.
1877 год
