Так лечит он!
Жива ли изба?
Дымит ли труба?
Рябину в снегу
Забыть не могу!
Убегу, убегу, убегу, убегу навсегда
Туда, где журчит живая вода,
Где ветер один всему господин,
Туда, где леса метут небеса!
А знаешь, друг,
Спешат на юг,
Жильцы столиц,
И стаи птиц,
А мне бы луч
Из серых туч,
А мне бы тоски
У хмурой реки!
Убегу, убегу, убегу, убегу навсегда
Туда, где журчит живая вода,
Где ветер один всему господин,
Туда, где леса метут небеса!
Весенний ливень водопадом с круч
Умыл дома, мосты, деревья в парке…
И солнца луч и ласковый, и жаркий
Раздвинул полог облегчённых туч.
И встала радуга! Проспект сиял под ней.
В весёлых брызгах, в фейерверках света
Я видел, к нам в Москву въезжало лето
На тройке золотых своих коней.
Пустует милое крылечко.
Дрожит рябинка под окном.
В родимом домике над речкой
Уснула мама вечным сном.
Лежит, сложив смиренно руки.
– Ну, полно, мамочка, вставай!
Здесь дети все твои и внуки.
Неси на стол свой каравай.
Не встрепенётся, не заплачет,
Не захлопочет, и в печи
Огонь весёлый не заскачет.
Совсем остыли кирпичи.
Не перекрестит на дорожку.
Спеша последнее отдать,
В пустой карман не сунет трёшку.
И днём и ночью у окошка
Меня никто не будет ждать.
Босиком по теплым лужам —
Утомили каблуки,
Выпускницы утром кружат
Беззаботны и легки.
Ночью дождик вымыл город.
В речке плещется заря.
И сияет свеж и молод
Купол древнего Кремля.
Прочь, учебники и стужа!
В легких платьицах идут.
Ах, как любят! Ах, как дружат!
Ах, как весело поют!
Словно стайка фей крылатых
К нам спустилась с высоты,
Мир наполнив ароматом
Чистоты и красоты.
Озеро далекое
Посреди лесов
Огласилось клекотом
Птичьих голосов.
Озарилось крыльями
Белоснежных птиц,
Древними поверьями,
Бликами зарниц.
Из-за моря, издалека,
Из тепла саванн
Прилетел к истокам
Белый караван.
К своему гнездовью,
В лоно тишины,
С нежностью, с любовью,
В сказочные сны.
Снова праздник – пришла зима.
Налетела, как стая белая.
Прямо в небо дымят дома.
Вырастают стволы с холма.
Поднебесная роща целая.
На черемухе – снегири.
Ветви белые, птички алые.
Хочешь яблоко? Вот, бери.
Под окошком в лучах зари
Словно яблоньки запоздалые.
Как по пуху бреду к дружку:
Раздобыл дружок медвежатину.
К магазину по бережку,
Через мостик да по лужку,
Мимо мельницы – на свежатину.
Вологодского масла
Не бывает вкусней.
Прост, как лапоть,
как прясло –
Нет сравнений точней!
И сермяга наш Яшин,
И Рубцов наш таков,
А найдите изящней
Этих двух "простаков".
За загадками кружев
Не летают до звезд,
В перламутровых лужах
Их оставит мороз.
Травы в искрах рассвета,
Ароматы лугов
Тронут сердце поэта,
Льются в вымя коров.
Рвусь сквозь тернии
к пряслу,
К кружевам на окне.
Вологодское масло
Будет вечно в цене!
Слово вологодское
Взволновало грудь.
Детство деревенское
Не дает уснуть.
Вспомнились дороженьки,
Вспомнились луга,
Заливные поженьки,
Свежие стога…
Реченьки излучины,
Аромат полей…
Что взамен получено?
Сердцу что милей?
Море седое.
Бушующий вал
Пеной прибоя
Вскипает у скал.
Небо набухло.
Припало к земле.
Травы пожухли.
Рябина в огне.
Запах дурмана
От зыбких болот.
Птиц караваны
Уходят в полет.
Тундры осенней
Багряный ковер
Плещется в чашах
Прозрачных озер.
Сопки, да кручи,
Да камни кругом.
Ветры, да тучи,
Да мы с рюкзаком
Кто сказал, что радоваться нечему!?
По утрам щебечут воробьи.
Даже стыдно иногда, что с вечера
Клял весь мир за горести свои.
Глянь, какое солнышко над городом
Разметало добрые лучи.
Так свежо, так радостно и молодо,
Что вставай и воробьём кричи.
Раму настежь распахну оконную.
Хватит всем и света, и любви.
Гонят прочь печаль-тревогу сонную
Радостным трезвоном воробьи!
Как хорош дремучий лес –
Мир загадок и чудес.
Вдалеке от городов
Самолётов, поездов,
Пыли, шума, суеты –
Тишина, покой, цветы…
Пахнет свежестью лесной,
Земляникой и сосной.
Только там, где волчий лог
У неезженых дорог,
Там, где пень сухой торчит,
Чёрный ворон прокричит.
Лес притихнет, замолчит.
Что за странный часовой?
Что за сказки Царь лесной
Поручил стеречь ему?
Не известно никому!
Зимних окон витражи.
Лунное сияние.
Елка, сумрак…
Ни души…
Шариков мерцание.
Хорошо под Рождество
О былом мечтается,
Сказкой светится окно,
Детство вспоминается.
На расписанном стекле:
Глухомань таежная,
Лес в узорном серебре,
Дрема бездорожная.
Под деревьями видна
Ветхая избушечка.
При лучине у окна
Лен прядет старушечка,
Песни длинные поет,
Нить судьбою тянется.
Волк к избушке подойдет,
След в снегу останется.
Тишина, мороз трещит
Да сугробы сходятся.
Ночь хрустальная дрожит,
Звезды хороводятся.
Ах, какие витражи!
Лунное сияние.
Светлый праздник для души,
Древнее предание.
Жизнь в провинции плохая.
Недовольны все кругом.
Всё равно не надо рая —
Посетить бы отчий дом.
Был в Париже и в Берлине,
А теперь живу в Москве.
Только все ж Никольск старинный
Всех милее на Земле.
Будто выйдет вдруг из леса
Вам навстречу Русь сама —
Деревянные навесы,
