Ардах вот уже миллионы и миллионы лет, тысячелетие за тысячелетием переходит от одного времени к другому, дабы выполнить уже свою миссию — найти тех гениев человечества Земли, которые будут способны дать начало новой расе телепатов. И вот, в начале двадцатого века это ему сделать удалось… Только вот вместе с этим произошло открытие «Чумы».Генри Каттнер. Из глубины времени (роман, перевод К. Савельева)
Ардах открыл глаза, пытаясь вспомнить, откуда взялась ослепительная боль, пульсирующая под черепной коробкой. Над ним нависала изогнутая балка из желтого металла, за которой виднелась внутренняя переборка космического корабля. Что произошло?
Казалось, лишь секунду назад на корабле кипела жизнь. Вокруг сновали люди, звучали громкие команды, и раскаленные облака атмосферных газов проносились мимо спускающегося звездолета. Затем был чудовищный удар — и темнота. А теперь?
С мучительным усилием Ардах распрямил свое легкое, хрупкое тело. Его окружали смерть и разрушения. Повсюду в разных позах лежали трупы — тела тех, кто не пережил ужасного столкновения. То были изящные и стройные люди, чью кожу покрывал темный загар долгих космических странствий. Ардах с надеждой огляделся по сторонам; ему показалось, что один из них пошевелился и слабо застонал.
Терон! Командиру корабля, старшему по званию и мудрейшему из всех, удалось выжить! Теплое чувство благодарности волной нахлынуло на Ардаха. Значит, он не останется один в этом новом, неизведанном мире. Он поспешно отыскал стимуляторы и склонился над оживающим человеком.
Посеревшее безбородое лицо Терона исказилось от боли. Его бледно-голубые глаза медленно приоткрылись.
— Ардах… — прошептал он, с усилием приподнял руку и прикоснулся к своей лысой голове.
Глухой удар прокатился по кораблю и стих в отдалении.
— Кто еще жив? — Слова давались Терону с трудом.
— Не знаю, командир, — тихо ответил Ардах.
— Выясни.
Ардах осмотрел все помещения огромного золотистого корабля. Когда он вернулся, на его узком смуглом лице застыло выражение отчаяния и безнадежности.
— Мы с тобой — единственные, кто остался в живых, Терон.
Командир пожевал губами.
— Вот оно как. А я умираю… — Он слабо отмахнулся от протестов своего подчиненного. — Это правда, Ардах. Ты не знаешь, как я стар. Много лет мы провели в космосе, и ты самый младший из нас. Ты родился на борту корабля. Подними штору иллюминатора; я хочу посмотреть, где мы находимся.
— На третьей планете этой звездной системы, — сказал Ардах.
Он нажал кнопку, и штора ближайшего иллюминатора медленно поползла вверх. Сначала они не увидели ничего, кроме темноты. Потом их глаза постепенно привыкли к полумраку.
Корабль лежал на мелководье возле пустынного берега. Незнакомый мир, освещенный слабым красноватым сиянием, сочившимся из-за плотной пелены облаков, выглядел мрачным и уфожающим. Шел мелкий дождь.
— Проверь состав атмосферы, — распорядился Терон.
Ардах подчинился. Спектроскопический анализ, проведенный из космоса, показывал, что атмосфера пригодна для дыхания, и химический анализ лишь подтвердил это. По просьбе Терона Ардах открыл воздушный шлюз.
В воздухе, заполнившем помещения корабля, ощущался неприятный привкус серы и аммиака. Поначалу оба закашлялись, но через несколько минут привыкли к странным запахам.
— Вынеси меня наружу, — тихо сказал командир.
Их взгляды встретились. Молодой человек заколебался.
— Я скоро умру, — настойчиво продолжал Терон. — Но сперва я должен… должен узнать, что мы достигли цели.
Ардах молча поднял на руки легкое тело командира. Расплескивая теплую воду, он добрел до берега и осторожно уложил Терона на каменистый пляж. Солнце, скрытое за плотным покровом облаков, поднималось на востоке; это был первый рассвет в жизни Ардаха.
Серое небо и море, темный берег — вот и все, что он видел. Иногда под ногами пробегала легкая дрожь: юный мир содрогался в вулканическом пламени первичного творения. Дожди и приливы еще не успели подвергнуть эрозии скальные выходы, превратив их в песок и почву. Растительность отсутствовала. Ардах не знал, находятся ли они на острове или на континенте. Сразу за пляжем местность круто поднималась к зубчатой линии горных вершин на горизонте.
Терон вздохнул. Его тонкие пальцы вслепую ощупали каменистую поверхность, на которой он лежал.
— Ты родился в космосе, Ардах, — с мучением в голосе произнес он. — Ты еще не можешь понять, что лишь на планете человек обретает свой дом. Но я боюсь…
Его голос ненадолго умолк, но затем зазвучал с новой силой.
— Я умираю, но сначала мне нужно кое-что сказать тебе. Слушай, Ардах… Ты никогда не видел Кирии, своей родной планеты. Она находится в сотнях световых лет от этого мира. А может быть, ее уже нет. Несколько веков назад мы поняли, что Кирия обречена. Ее орбита пересекалась с курсом крупного астероида из межзвездного пространства; столкновение означало полное уничтожение нашей цивилизации, а возможно, и разрушение самой планеты… — Помолчав, он добавил: — Кирия была прекрасным миром, Ардах.
— Знаю, — прошептал Ардах. — Я просматривал видеозаписи.
