Василий с грустью и нежностью посмотрел на нас. Вдохнул, взял брошенный на пол буклет, позвонил на рецепшен и на очень плохом английском вызвал в номер весь штат сотрудников салона красоты, и плюс к тому сообщил, что у нас в дороге пропал багаж, нам срочно нужно приобрести приличный гардероб.
– Ой, мамочки! – воскликнула Вероника и побежала в ванную, умываться. Я понеслась следом за ней, не забыв сначала кинуться мужу на шею и почти задушить его в страстных объятиях.
– Ну ладно, хватит, мне дышать нечем, – пробормотал он, покраснев от удовольствия. – С вами жить – ни с чем не сравнимый аттракцион, – высказался он после моего сотого по счету поцелуя. – Никаких денег не жалко!
Процессия парикмахеров, педикюрш, массажисток, маникюрш, стилистов, специалистов по аюрведе с помощниками и ассистентами появилась на нашем пороге через десять минут, везя за собой тележки с инструментами и косметическими средствами.
Василий потихоньку ретировался к Дениске в номер.
Через пять часов мы вышли из номера, сияя красотой, сверкая новыми украшениями, в обновках «от-кутюр». Чего только не достанешь за деньги!
Я редко думаю об этом в повседневной жизни, но все же как хорошо иметь мужа-миллионера!
За то время, пока мы предавались неге, холе и расточительности, мужчины успели принять душ, пообедать и хорошенько выспаться. Нас же томило острое желание предстать перед публикой в полном блеске своего обновленного «я».
Время подходило к ужину, и Василию с Денисом без всякой охоты пришлось переодеться в предусмотрительно приобретенные нами вечерние костюмы.
Я остановила свой выбор на шифоновом платье цвета корицы, очень открытом, с широким, вышитым красными, зелеными и золотыми нитями поясом, с длинной широкой юбкой. Новое колье с изумрудами подчеркивало изящество моей шеи. Вероника предпочла простое атласное платье алого цвета, которое как нельзя лучше подходило к ее крашенным в темный тон волосам.
Ощущая себя членами монаршего семейства, мы спустились в столовую.
Теперь главное, чтобы мы не оказались единственными гостями этого мавзолея.
Длинный, накрытый крахмальной скатертью стол был сервирован на семь персон, значит, помимо нас, тут еще трое проживают.
Негусто. Но и на том спасибо. Как выяснилось за столом, это были пожилой британский пэр с супругой и бизнесмен из Италии. Он – единственный – заменил нам с Вероникой отсутствовавшее в отеле мужское общество, засыпав нас комплиментами.
В таких условиях я согласна еще пару месяцев искать Аллу с Аней, думала я, лениво ковыряя ложечкой десерт и слушая восторженный рассказ итальянца о его визите в Москву прошлой зимой. А кстати, как Ползунов собирается искать свою бывшую супругу в этом удивительном, полном чудес индийском городе, на краю пустыни? Мысли мои текли медленно, лениво и в каком-то романтическом направлении: мне казалось, что мы находимся в сказочном государстве, в гостях у таинственного падишаха. Огни хрустальной люстры расплывались у меня перед глазами. Я ужасно устала за последние двое суток и, похоже, задремывала прямо за столом.
Привел меня в чувство совсем не романтичный толчок в бок.
– Эй! Прекрати улыбаться! Тебя человек уже битый час спрашивает об Иване Грозном. Ты что, уснула? – прошипел мне в ухо не таинственный падишах, а совершенно лысый олигарх.
– Простите, я задумалась, – извинилась я, вновь включаясь в беседу.
После ужина я предпочла сразу же отправиться в номер, к великой радости Василия Никаноровича, по самые уши наевшегося светской жизни и желавшего завалиться в койку. Вероника и Денис остались в гостиной.
Возвращаясь в номер, я пребывала в блаженно-сонливом состоянии. Облачившись в новую кружевную сорочку, я упала на мягкую низкую кровать под широким пышным пологом, подняла глаза на потолок – и проснулась. Какая роспись! Утонченная! Изысканная! А стены! Это что, серебро? Стены были инкрустированы каким-то серебристым металлом. Растительный и животный орнамент, райские птицы, спелые плоды, цветущие ветви. Я нахожусь не под сводами потолка, а под куполом райского сада! Я вскочила и, как гончая на охоте, принялась лазить по всем углам. Я вставала на кресла, чтобы лучше рассмотреть убранство номера. В конце концов, не часто выпадает возможность провести ночь в настоящем дворце! Не думаю, что я смогла бы спокойно спать в Эрмитаже или в Петродворце.
Василий, лежа в кровати, неодобрительно наблюдал за мною из-под полуприкрытых век.
Набегавшись вдоволь, я обессиленно упала в кресло, и тут меня осенило. Хорошо, что моя прическа еще в порядке! Я рванулась к шкафу, вновь облачилась в вечерний наряд, достала фотоаппарат. Вытряхнула из кровати Ползунова и устроила настоящую фотосессию.
Запечатлев саму себя (с помощью ворчавшего Ползунова) во всех нарядах и позах на фоне всех возможных участков номера, включая унитаз – мое семейство обалдеет, увидев это чудо сантехники и фарфорового дизайна, – я наконец рухнула без сил и уснула сном праведника.
