Из истории Боспора полностью

Из трех перечисленных слоев слои I и III прошли через весь раскоп в виде ясно выраженных и мощных отложений; слой II, более толстый в восточной части раскопа, к западу становился все тоньше и тоньше и наконец исчез совсем: на западной стенке раскопа слой III лежит непосредственно на слое I. Исследование многочисленных находок, сделанных в слоях I и III, свидетельствует о том, что эти слои соответствуют двум разновременным отрезкам времени: слой II заключал в себе материал промежуточной эпохи. Подробнее мы ознакомимся с этим при рассмотрении сделанных в раскопе I находок.

Раскоп IV. Второй раскоп, также сохранивший правильные, соответствующие определенным отрезкам времени слои, — раскоп IV, у старого протока. Раскопка велась на площади 6×4 м; общая толщина культурного слоя около 1,50 м, на глубине 1,57 м (от пикета 47) — уровень стояния воды. Привожу описание слоев.

I (нижний). Песок, разделяющийся на несколько горизонтов; волнистая стратификация. Верхний горизонт песка окрашен в серый цвет и имеет характер нижнего почвенного яруса. Песок не имеет глинистой примеси, слегка цементирован. Нижний ярус песка более светлый, не содержит находок. Неизменный уровень водоносного слоя во время раскопов.

II. Пестрый стратифицированный слой; более интенсивно окрашен, внизу имеет характер болотного почвенного образования. Стратификация волнистая и прерывистая. В числе находок большое количество кусков обмазки. Песок в большом количестве, как в виде небольших прослоек, так и в виде конкреций.

III. Темный ровно окрашенный почвенный слой.

Как мы увидим при рассмотрении находок, здесь мы также имеем последовательные, сменяющие друг друга наслоения, соответствующие определенным периодам жизни поселения.

Что касается раскопов II и III, то там картины правильных слоев мы не имеем. Многочисленные наслоения раскопа II, иногда резко различающиеся между собой по характеру почвы, нельзя, по-видимому, считать слоями, соответствующими последовательно сменяющим друг друга периодам жизни поселения: этого мнения держатся как руководившие раскопкой данного участка Π.Н. Шульц и Д Б. Пиотровский, так и начальник экспедиции А.А. Миллер. Отмечу, что и находки раскопа II подтверждают высказанное мнение. Здесь нет, как в раскопах I и IV, смены раннего материала нижних слоев поздним материалом слоев верхних: разновременные находки встречаются вместе и вверху, и внизу, причем некоторые самые поздние экземпляры оказались лежащими особенно глубоко и наоборот — ранние попали наверх. Первоначальные слои здесь, несомненно, потревожены. Раскоп же III весь относится, по-видимому, к одной эпохе. Характерных, четко отделяющихся друг от друга слоев в нем замечено не было; весь поддающийся датировке материал принадлежит приблизительно одному времени.

Перейдем к рассмотрению находок. На стр. 198–199 нами дана таблица всех находок, сделанных в упомянутых шести раскопах. Эта таблица, нуждается в пояснениях и дополнениях.

Прежде всего, о датировках, которые устанавливаются на основании найденного материала и для всего городища, и для отдельных раскопов или слоев раскопов. Возможность довольно точных датировок создается главным, образом обломками греческой керамики, в значительном количестве встречавшимися в городище. Рассмотрим с этой точки зрения последовательно, все раскопы.

Раскоп I.Слой I. Наиболее показательны №№ 212, 290, 297, 301, 306–307, 320.

№ 290 (рис. 30, 1) — обломок аттического краснофигурного сосуда, очень маленький и не дающий ясного представления ни о форме сосуда, ни о содержании росписи. Покрытие внутренней стороны черным лаком указывает на то, что мы имеем дело с сосудом открытым: вероятно, это был килик или cкифос. По характеру росписи (тонкие веерообразные расходящиеся линии, исполненные частью густым, частью разбавленным лаком) и по качеству густого черного лака мы можем с полной уверенностью датировать обломок еще V в. до н. э. Пятому веку принадлежит и второй краснофигурный обломок I слоя, № 212 (рис. 30, 2) — обломок глубокого килика; на наружной стороне сохранилась часть женской головы, на внутренней — исполненный белой краской по лаку растительный орнамент, типичный для данной разновидности килика. Также к V, может быть к самому началу IV в., относится и ряд чернолаковых обломков: № 297 — обломок ручки чернолакового килика простой и строгой формы, характерной для раннего времени, с лаком густым, черным и блестящим; № 306/307 — обломок кувшинчика, покрытый прекрасным черным лаком, снаружи сплошь, внутри в верхней части; № 222/223 — обломок стенки открытого сосуда, отличающийся лаком исключительно высокого качества, и другие.