Из истории Боспора полностью

Я начну с той группы, которая в раскопочных дневниках и описях обозначается как «тонкостенная простая керамика». Глина большей части сосудов этой группы имеет основной красновато- или розовато-желтый цвет, довольно бледный; обычно она тонко измельчена, хорошо промыта и содержит характерные для нее примеси. Особенно типичны для этой массы ямки, получившиеся в результате разрыва поверхности при выделении плохо промешанной извести; из примесей встречаются мелкие частицы слюды и кварца. Часто основной красноватый цвет этой глины переходит в серый — иногда в виде отдельных пятен, иногда на более значительных участках. Настоящей обмазки или глазури нет, но иногда поверхность или часть ее бывает подкрашена белой, желтоватой, реже красной краской. В выделке этих сосудов наблюдаются довольно значительные колебания. Встречаются сосуды с толстыми стенками, плохо сглаженной поверхностью, грубой глиной; но преобладают тонкие стенки, тщательно сглаженная поверхность, хорошо обработанная глина. Наряду с этими особенностями привлекает внимание у сосудов самой лучшей работы некоторая, а иногда и очень значительная небрежность, сказывающаяся с одной стороны в выделке деталей, с другой — в нарушении симметрии. В результате у сосуда с очень тонкими стенками и изящными очертаниями оказывается неожиданно грубо и упрощенно вылепленная подставка (особенно та часть ее, которая не видна, когда сосуд стоит), а ручки скривлены набок. Такое сочетание работы тщательной и небрежной особенно свойственно данной группе в противоположность большинству известных нам греческих групп, будет ли то продукция Аттики, Ионии, Коринфа или еще какой-либо области.

Употребительных в этой группе форм сосудов очень немного; они сводятся к следующим шести основным формам:

1. Кувшин — одна из особенно часто встречающихся форм: найденные в 1928 г. обломки принадлежат по меньшей мере 18 различным сосудам. Характерный экземпляр, дающий представление о наиболее употребительной разновидности этого типа, воспроизведен у нас на рис. 39; этот кувшин находится в Керченском музее. Рис. 40 воспроизводит некоторые из елисаветовских обломков, дающие различные разновидности того же типа.

2. Глубокие чашки на кольцеобразной подставке; обломки, найденные в том же году, принадлежат по меньшей мере 8 чашкам. Воспроизведенная у нас на рисунке 41, 1 чашка № 397 отличается довольно толстыми стенками и грубой выделкой; из других обломков некоторые (№ 439; № 134 из находок 1927 г., см. тот же рис. 41, 2, 3) принадлежат, напротив, тонкостенным сосудам хорошей работы. Разновидности данного типа обусловливаются главным образом формой венчика, также характером выгиба стенок, то более округлых, то согнутых почти под углом.

3. «Рыбные блюда» — тип, аналогичный уже встречавшемуся у нас в ионийской и боспорской чернолаковой керамике (рис. 45, 4–5; ср. рис. 36, 3). От «чернолаковых», особенно ионийских, наши блюда отличаются еще более упрощенной формой; выделка обычно еще проще и грубее, чем у рассмотренных форм. Встречаются, впрочем, экземпляры, характеризующиеся тщательной работой и иногда применением орнаментальных деталей (напр., № 566, украшенный двумя тонкими желобками вдоль края). Найденными в 1928 г. обломками представлено не менее 14 блюд.

4. Чашки с крышкой и ручками (рис. 42, 1–4). Несмотря на значительное количество обломков, принадлежащих не менее чем 27 различным сосудам, форма не может быть восстановлена полностью; вполне ясна только верхняя часть. Внизу, судя по отдельным обломкам, по всей своей выделке очень напоминающим эти чашки, сосуд кончался плоским донышком без подставки. С наружной стороны эти чашки постоянно бывают покрыты копотью, иногда заходящей и на крышку, — по-видимому, в них приготовлялась пища прямо на огне. В соответствии с их назначением в качестве кухонной утвари, вся их выделка значительно проще и грубее, чем у других перечисленных типов; часто и глина хуже промыта, не так измельчена. Что касается разновидностей данной формы, то они определяются, по-видимому, прежде всего, глубиной чашки; иногда они очень мелки, и весь сосуд превращается в нечто вроде нашей сковороды, иногда (см., напр., 42, 4) сравнительно глубоки. Ручки, судя по найденным обломкам, всегда круглые в разрезе.