Из породы огненных псов полностью

А еще из домов невыносимо несло кошками. Бывшие хозяева Кристы кота держали. Но это было ходячее серое облако в штанах, раскормленное и вальяжное, которое регулярно мыли чем-то душистым, по-марсиански не похожее на дух здешних кошастиков. В лесхозовских домах оставляли следы совершенно незнакомые существа, явно из числа исконных собачьих антагонистов, к которым Криста почему-то сразу начала испытывать подспудную вражду, подстёгиваемую урчаньем в пустом желудке. Поймать кошку корсиканка, конечно, прямого плана не держала, но была уже недалека от того, чтобы рассматривать кошачье племя как объект охоты.

Впрочем, мысли о кошках перебивали другие куда более серьезные размышления. В лесхозе, судя по многочисленным меткам, обретались и Кристины сородичи. Увы, опыт общения с одноплеменниками у неё был минимальный — встречаемые на прогулках редкие соседские псы, победно отлупленная полуовчарка да рыжий кавалер, подарившей столь несчастливое наследство. Казалось бы, прекрасный повод для новых знакомств. Но наличие собачьих следов её почему-то совсем не радовало. Как теперь вести себя при встрече с одноплеменниками? Рядом нет хозяина, дающего направление действиям и являющегося опорной осью всего её поведения. Нет и дома, составляющего в представлении Кристы её глобальный оплот и защиту. Исчезла основа, позволявшая корсиканке материально и психологически чувствовать себя в равновесии и безопасности. За неделю пребывания в окрестностях кочегарки Криста ещё не до конца уяснила, хорош или плох её нынешний мир по отношению конкретно к ней самой и её потомству. Существовать в нём одинокой собаке было пока не слишком-то комфортно. И она почему-то остро чувствовала, что именно от встречи с себе подобными будет зависеть очень многое.

Но, слава Богу, в этот вечер на её пути пока никто не материализовался. Зато дала о себе знать близкая помойка.

С раннего щенячества эта обязательная принадлежность человеческого бытия вызывала у нашей героини, как и у тебя, дружок, острейший интерес. Помню-помню, я уже говорил, что любой собаке мусорка кажется средоточием необыкновенного, почти волшебного. Чуткий нос пусть и одомашенного, но изначально всё же хищника, с умением которого распознавать запахи не мог бы тягаться даже самый мощный компьютер, сигналит о наличии таких вещей, которых нет и быть не может в прилизанной домашней жизни. А главное — о вещах, которые обязаны принадлежать только ему, добытые не кем-то другим, пусть даже хозяевами или их окружением, а им самим. Мы, люди, называем подобное чувством собственности. И мы, наивные с точки зрения собак, при этом ещё и свято верим, что нам и только нам, относящим себя к существам разумным, присуще стремление иметь СВОЕ. Глупая ошибка, так часто лежащая в основе разногласий человека и животного! У четвероногих тяга к обладанию не перебивается ни воспитанием, ни селекцией. Они искони за огромнейшее достижение почитают самостоятельно откопанную на свалке косточку или отбитую у соперника подружку. А коль скоро места скопления отбросов изобилуют массой всякого-разного, способного превратиться в СВОЕ, то даже самые умные, воспитанные и послушные псы не в силах противостоять помоечным соблазнам. Любая домашняя-предомашняя собака хотя бы раз в жизни делает побег на помойку или встревает в драку за кусок тухлятины.

Кристе в силу молодости и домашности до сих пор не доводилось реализовать мечту обладать СВОИМ. И вот теперь путь к воплощению этой мечты был открыт, абсолютно открыт, не нужно ни от кого таиться.

Так почему же она тормозит?