— У Эстер Филд? Хотя нет, это же не ее дом, а Кармоны. Теперь она Кармона Хардвик. Дарси говорит, что я все забываю, но это-то я не забыла. Мы раньше были с ними очень близки. Кармона тоже была помолвлена с Эланом. Уже после того, как он уехал и бросил Дарси, и все пошло не так, как надо. Такой уж он был — заставлял девушек влюбляться в себя, а потом бросал их. — Слабый голос ее вдруг стал резким и злым. — Он был коварным!
Девушки неопытные… им надо бы получше разбираться в жизни. Он должен был понести наказание за свое коварство! Порок всегда следует наказывать! — Она говорила торопливо, лицо у нее раскраснелось. — Но он уже наказан, вы знаете? Кто-то ударил его ножом, он мертв. Нож торчал у него в спине, и он был мертв. Больше он не будет соблазнять и бросать девушек. Это дурно, и он наказан за это. Вы не представляете, какая красивая была Дарси… и какая веселая…
Дверь открылась, и вошла мисс Эннинг. Загар не скрывал ее бледности, под глазами были огромные темные круги, губы плотно сжаты, лицо напряжено.
— Мисс Силвер, мама нездорова и не может принимать посетителей. Я вынуждена попросить вас уйти. Мари не должна была пускать вас к ней.
Мисс Силвер встала, не проявив никаких признаков обиды.
— Пожалуйста, не вините ее. Я вошла сюда без разрешения. Пусть миссис Эннинг отдыхает. Я, собственно, пришла к вам. Не могли бы вы уделить мне несколько минут?
Немного помедлив, Дарси повернулась и направилась к двери. Они молча спустились вниз.
В кабинете мисс Эннинг остановилась у окна. Она смотрела в сад, но не видела его, не видела дорожку, посыпанную гравием, с вечнозеленым кустарником по краям. Она видела лишь то, чем полны были ее мысли. Горькие мысли.
— Зачем вы пришли? — повернувшись к мисс Силвер, спросила она.
— Мисс Эннинг, присядьте, пожалуйста.
— Благодарю, я лучше постою. Зачем вы пришли сюда?
— Хотела с вами поговорить.
— Ну вот, я здесь. Что вам угодно? — И взгляд; и голос ее были напряжены до крайности.
Дарси понимала, что разговор предстоит необычный.
— Я была обязана прийти, — мягко сказала мисс Силвер. — Полиция в любой момент может арестовать миссис Мейбери. Мой долг — предотвратить это, если возможно.
— Зачем им арестовывать ее? — все так же сухо спросила Дарси.
— Я не могу вдаваться в подробности, но… против нее есть некоторые улики.
— Ну, тогда почему бы им не арестовать ее? Если это сделала она.
— Не думаю, что это сделала она. Мне кажется, у вас есть сведения, которые могли бы помочь прояснить это дело.
— У меня нет никаких сведений.
— Мисс Эннинг…
— Я повторяю. У меня нет никаких сведений.
Наступило молчание. Мисс Силвер смотрела на нее с сочувствием:
— Не надо так, мисс Эннинг. Я уважаю ваши чувства, но не можете же вы позволить арестовать невинного человека. Хотите, я поделюсь с вами тем, что сама видела и слышала в ту страшную ночь?
— Вы?
Мисс Силвер кивнула:
— Ночь, как вы помните, была удивительно теплой. Мне не спалось. Я села у окна. С моря дул свежий ветерок, над темным заливом простиралось звездное небо. Зрелище было великолепное. Я наслаждалась им, как вдруг стукнула калитка, выходящая на скалу, затем я услышала, что по саду кто-то идет. Я увидела двух людей, идущих к дому. Немного погодя услышала голос вашей матери. Она что-то сказала, и вы ей ответили. В тот момент вы как раз проходили под моим окном, и я отчетливо слышала каждое слово. Ваша мать сказала: «Люди, совершающие зло, должны быть наказаны. Я всегда говорила, что настанет день, и он будет наказан». А вы сказали: «Мама, ради бога, замолчи!»
Мисс Силвер умолкла.
— Ну, и что дальше?
— Вы вошли в дом через стеклянную дверь гостиной и поднялись наверх. Я не могла не почувствовать, что миссис Эннинг была неспокойна, возбуждена. Прошло не меньше часа, прежде чем вы покинули ее комнату.
— Вы и подслушивали, я полагаю!
Мисс Силвер была крайне возмущена:
— Я надеюсь, вы ничего подобного не думаете, мисс Эннинг. Я не могла не услышать разговор под моим окном или не узнать голоса на лестнице. Но подслушивать, о чем вы говорили в комнате…
— Мама, как вы уже заметили, была очень неспокойна.
Она забрела в сад и не хотела возвращаться в дом. В таком состоянии она может говорить все что угодно. Ее мысли бродят в прошлом. И то, что она говорит, часто не имеет никакого отношения к тому, что происходит сейчас.
— Не всегда. То, о чем миссис Эннинг говорила тогда ночью, касалось, если не ошибаюсь, мистера Элана Филда.
Дарси Эннинг рассмеялась, если можно было назвать смехом эти резкие, полные горечи звуки.
— Какая ерунда!
— Не думаю. Миссис Эннинг произнесла те же слова, что неоднократно повторяла раньше.
— Какое вы имели право допрашивать ее?
— Тогда — никакого. Я и не допрашивала ее, уверяю вас. Она говорила о коварстве Элана Филда и о том, что он заслуживает наказания, а я старалась направить ее мысли в более приятное русло.
Дарси Эннинг дальше первой фразы не слушала и прямо взорвалась:
— Что значит «тогда»?.. Что, тогда вы не имели на это право, а сейчас имеете? Вы что, считаете, что оно у вас есть?
