Харакаш и магистр сидели друг напротив друга. Островитянин внешне казался весьма расслабленным, его взгляд блуждал по кабинету, изучая отделку и задерживаясь на корешках книг в шкафах, храмовник, наоборот, – предельно собранным. Сухие, по-старчески узловатые пальцы были сложены пирамидкой и напряжены.
– Так, значит, это все устроил Тревор? А Хью поставил ей подножку… Какой позор. – Магистр опустил глаза на мгновение, чтобы скрыть полыхнувшую в них ярость, смешанную со стыдом.
– Да не стоит так переживать, Ирвин. Тревор получил хороший урок, наверняка еще сотню раз подумает, где же он ошибся и надо ли было лезть к Эвелин. А Хью… Я могу избавиться от него. Достаточно в наказание выслать его из крепости – и он больше никогда в нее не вернется. – Островитянин безмятежно улыбнулся, переводя взгляд с книжных шкафов на сидящего напротив старца.
– Все бы лишь тебе убивать, Несущий Тьму, – недовольно качнул головой магистр.
– А если бы она шею свернула? – Все благодушие и безмятежность с мастера меча сдуло в мгновение ока. – Нелепая смерть по вине одного бесчестного мерзавца, и вся ваша крепость утонула бы в крови. Заметь, не только от моих рук и даже не по моей инициативе.
– Ну не свернула же, – проворчал в ответ магистр, тяжело вздыхая. – Ты жаждешь отмщения, но загляни в свою душу, разве это то…
– Оставь, старик! Ты знаешь островные законы не хуже меня. Да и по заветам вашего же Ордена этот паскудник должен получить по заслугам сполна.
– Но не от твоей руки, Харакаш. От руки защитницы. – Магистр указал пальцем на островитянина, тот недовольно поморщился.
– Ты сам знаешь, что ей сейчас нельзя этого делать. Да если бы и можно было, я бы не дал ей рисковать собой с целью наказания этого куска…
– Держи себя в руках, островитянин! – Сухой, но все еще крепкий кулак ударил по столешнице.
Харакаш поднял ладони перед собой:
– Все-все, молчу. Но я тебя предупредил. За пределами крепости он не под твоей защитой.
– Ты не успокоишься, да?
– Конечно. Он вмешался в бой, оклеветал мою воспитанницу и остался безнаказанным.
– Его словам все равно никто не поверит, а-а-а… – Магистр произнес это и сам раздосадованно осекся.
Островитянин хмыкнул и многозначительно поднял брови.
Некоторое время в кабинете царила тишина.
– Ладно, – наконец сдался магистр и тут же спохватился: – Но только по божественному суду. Это хотя бы должно выглядеть честной схваткой.
Харакаш встал, широко улыбаясь, коротко поклонился и вышел за двери. Магистр достал из ящика стола трубку, набил ее и долго смотрел вслед ушедшему, а потом произнес тихо, вслушиваясь в уже чужие, но одновременно такие знакомые, родные слова:
Обедала я в компании Альвина и Харакаша в своей келье. Ужин нас пригласил разделить магистр Ирвин у него в кабинете. Я этому весьма обрадовалась: желание узнать, что же находится за стеной в том коридоре, где я особенно отчетливо услышала зовущий меня голос, снедало.
Однако с вопросами пришлось повременить – магистр весьма искусно поддерживал беседу с самого нашего появления, переходя с одной темы на другую, и при этом не забывал наполнять наши тарелки, так что я успевала лишь отвечать на вопросы о благосостоянии столицы да делах во дворце и жевать.
Пищу приготовили без особых изысков, но явно с любовью к делу: кролика мариновали с травами, каша была рассыпчатой и нежной на вкус, а хлебные лепешки – горячими и пышными. Запивать все предлагалось вином, я от него отказалась, попросив воды, чем вызвала весьма удивленный и одобрительный взгляд магистра, который, впрочем, сам вином не брезговал.
Наконец, когда мы насытились физически, а магистр сполна удовлетворил свое любопытство, настало время для вопросов.
– Я обнаружила странное место в крепости. – Я бросила взгляд на обсасывающего кроличью кость островитянина, и он тотчас обозначил вслух местоположение, отсчитав повороты и шаги от главного входа. – Скажите, за стеной с внутренней стороны вглубь крепости есть что-то?
Магистр смерил меня долгим взглядом и медленно кивнул:
– Алая крепость стара, стены ее толсты и пронизаны тайными ходами. Если мне не изменяет память, там как раз один из них. Хотя вход в него находится далеко от этого места.
– Мне нужно туда попасть. – Я отложила уже ставшую привычной мне двузубую вилку и тут же подняла руки вверх, предвосхищая слова сидящих по обе стороны от меня мужчин. – Одной! Это очень важно для меня, прошу, поймите.
Они синхронно вздохнули; даже не глядя в их лица, я знала, что сейчас их внимание устремлено на магистра. Тот усмехнулся, вытер губы тканевой салфеткой и обвел нас взглядом.
– В этих коридорах давно никто не ходил. Они были запечатаны Коррином после Божественной войны, но я могу поклясться, что они безопасны – мы содержим крепость в наивозможнейшем порядке, а ловушек там никогда не было.
