— Но вы же с королём, насколько я слышал, были напарниками под командованием Героя Ферелдена, — пусть Безумец в общем-то понимал принципы политики и прекрасно знал, почему Канцлер не могла просто «подойти и спросить», но в очередной раз он не мог не воспользоваться шансом пустить собеседника по пути ложного оценивания его умственных способностей и всесторонней осведомлённости.
— Прошло десять лет, да и неважны сейчас наши с ним отношения в прошлом. Это же политика, — объяснила Канцлер. — Тем более не были эти отношения даже приятельскими, особенно после того, как он трусливо спрятался за спинами королевских гвардейцев и бросил даже своего друга в его последней битве, — еле слышно буркнула Лелиана.
Эта фраза не прошла мимо магистра. События, произошедшие на Собрании Земель, каждый объяснит по-своему. К примеру, мужчина сторонился мнения, что Алистер, объявляя о своём уходе из Стражей и называя Айдана Кусланда — своего друга и пример для подражания — предателем, в тот момент был движим юношеской вспыльчивостью и обидой. Зато Лелиана считала, что бастард предал их, когда бросил отряд в итоговом сражении. Возможно, эта трактовка зародилась в молодой девушке уже после Мора, когда она, потеряв голову от горя, начала считать, что в том числе и из-за ухода Алистера погиб её возлюбленный. И хотя спустя годы боль утихла, а навязчивое желание искать повсюду виновных подавлено, но обида, очевидно, никуда не ушла и теперь с возрастом переросла в некую неприязнь к нынешнему королю Ферелдена.
— И есть причины полагать, что в угоду своей свободы правителям вы рассказали не всё… — тем временем завершила Сестра Соловей свою мысль, оставив заметный намёк.
— У вас есть доказательства, чтобы предъявлять мне обвинения?! — снова нахмурился мужчина, разумеется, поняв намёк.
— Доказательств нет. Но вы не можете со мной не согласиться, что всё выглядит очень подозрительно. Этот разрыв стал, к счастью, первым, который открылся в самом городе. Так же в этом же городе находились и вы. Тем более за несколько часов до трагедии с жителями эльфинажа у вас случился… конфликт, — от изучения шрама на губе мужчины Лелиана даже не сразу смогла оторваться. Помог недовольный взгляд самого мага. Очевидно, ему не нравилось такое внимание к напоминанию о воистину позорных, для магистра, событиях.
Не догадывалась бы Соловей, что собеседник не обделён тевинтерской гордостью, то обязательно бы не сдержалась и посмеялась над ситуацией. Магистра избил эльф. Просто немыслимо! Поэтому-то у мага и был просто важнейший мотив для мести. И выжечь весь эльфинаж — это, очевидно, не самое страшное, что мог бы придумать разум древнего тевинтерца.
Да только называть дело раскрытым Лелиане как раз и мешали те самые доказательства, точнее их полное отсутствие.
— Сейчас всё озвученное вами не больше, чем ваши выдумки и обычное совпадение. Поэтому оставьте это при себе и не позорьтесь, раз не оперируете доказательствами!
— Для человека, который отстаивает свою невиновность, вы слишком резко реагируете, — поддела его Канцлер.
— Моя реакция естественна для человека, который уже пострадал от бездоказательных обвинений. Поэтому вновь что-то выслушивать по этому делу у меня нет никакого желания, — однако её уловка не сработала, Безумец молниеносно нашёл ответ.
Больше давить на собеседника Лелиана не стала. Очевидно же, мужчина не из пугливых, запугивать бездоказательными обвинениями его было бесполезно: её блеф он прекрасно видит. И поэтому Канцлер решила закончить допрос. Ей нужны любые сведения и догадки о произошедшем, а, значит, портить отношение с их источником не стоило. Когда и Безумец увидел, что поиски виноватых подошли к концу, он нехотя, но всё-таки выполнил её просьбу. Рассказал всё то же, что с утра говорил ферелденским правителям.
— Если разрыв в Денериме был почти что случайностью из-за плачевного состояния Завесы над городом… — теперь Канцлер подводила итоги услышанного.
— Не «случайность»! А весьма закономерный результат магической безответственности вашего мира, — поправил её мужчина, которому, очевидно, не нравилось мнение о том, что в магии может быть «случайность». Магия — это наука, а не набор интуитивных действий.
— Хорошо, пусть так, — погружённая в тяжесть своих раздумий бард сейчас не поспешила оспаривать высказывание собеседника. — Зарождение разрыва можно спровоцировать искусственно?
— Считаете, венатори начнут опыты в этом направлении?
— Именно. Наверняка Старший не упустит возможность. Один разрыв в нужном городе, в нужном месте способен пошатнуть целое государство.
Безумец разделял сомнения Канцлера, и такой исход ему самому не нравился. Усиление радикального ордена ему не шло на пользу.
