Я бы лучше справилась со своей работой, если бы инструменты не были такими ужасными. Щетка, которую она мне дала, была такой же ветхой, как старые диваны в главной комнате. Щетинки были короткими и изношенными. Хотя сначала я этого не заметила, кончик одного из пальцев на правой руке был ободран и кровоточил от царапин по полу. Когда все было почти убрано, послышались шаги и голоса из главной комнаты. Я не была уверена насчет количества людей, но знала, что это больше, чем Сестра Мариам. Дожидаясь, пока откроется дверь, я размышляла, что лучше здесь, на мокром, сильно пахнущем полу, чем там, снаружи, с ними.
- Сестра Сара, - сказала Сестра Мариам, когда открыла дверь. - Пойдем. Пора тебе понять, какая честь тебе оказана.
Честь?
Когда я встала, мои мышцы и раны закричали. Ноги болели от мытья пола на четвереньках. А белое платье, которое мне велели надеть, было мокрым и грязным от пребывания на полу. Без бинтов на спине, конечно, белый материал пропитался кровью.
Пять женщин в одинаковых платьях стояли полукругом в главной комнате. У четырех из них были синие шарфы разных оттенков. Та, кто принесла мне ведро воды, была единственной с белым шарфом. В той, у который был шарф голубого цвета, я узнала женщину, открывшую входную дверь.
У меня никогда не было времени для женской общины в университете. Я была слишком сконцентрирована на учебе. Но как только я оказалась перед ними, у меня возникло странное ощущение, как при просмотре какого-то безумного кино про студентов. Чего я боялась, так это стать ничего не подозревающим участником безумной сцены дедовщины.
- На колени, Сестра Сара, - приказала Мариам.
Я готова была на все, лишь бы избежать возвращения Брата Марка, и сделала, как она сказала. Я поморщилась, ощутив резкую боль в коленях. Очевидно, Сестра Мариам была назначенным оратором, потому что все остальные молчали, наблюдая за каждым моим движением.
- Отец Габриэль избрал тебя одной из своих личных последовательниц, невестой "Света". Ты называла себя избранной, но это не так. Мы, невесты "Света" - настоящие избранные, единственные, кому даны привилегии заботиться о его нуждах.
Мои мысли переместились от физического дискомфорта к ее словам, пока я пыталась осознать их смысл.
- Это призвание, - продолжала она. - Теперь ты призвана разделить эту привилегию.
Мой желудок скрутило. Я опустила подбородок, пытаясь скрыть свое отвращение - привилегия заботиться о нуждах Отца Габриэля? Я не хотела этой чести или привилегий. Я даже не хотела знать, что любое из этого существовало.
Мариам продолжила:
- Мы заботимся о доме и о нем. Сара, подними глаза.
Как только я это сделала, мои глаза расширились. В руке она держала кожаный ошейник, как тот, что был надет на Саломею, на девушку на больничной кровати в соседней комнате.
Моя рука потянулась к горлу.
- Нет, пожалуйста.
- Сестра Лия, сними свой шарф.
Женщина с белым шарфом развязала нежную ткань и показала ошейник под ним. Увидев фиолетовые синяки по краям, я вспомнила о теле, которое видела в морге. В то время я думала, что то, что оставило синяк на шее жертвы, уже какое-то время находилось на ней. Когда я повернулась к Мариам, она сняла шарф, чтобы показать такой же ошейник, следом за ней повторили все.
- Сестра Лия была нашей последней сестрой, которой выпала честь выполнять обязанности невесты, по крайней мере, до тебя. Она быстро учится. - Мариам повернулась к Лие. - Сними платье.
Слеза скатилась по щеке Лии, но она без колебаний выполнила приказ. Когда она подняла белую ткань, я прикрыла рот, чтобы не закричать. Уронив платье на пол, она медленно обернулась. На ее спине и спереди виднелись различные следы от плетей, некоторые были свежими. Преобладали синяки, но серебристо-белые шрамы, а также покрытые коркой струпья указывали на места, где была разрезана ее кожа. Отметины продолжались под ее трусиками и на бедрах. Когда она сделала полный оборот, я вздрогнула, увидев следы от плети на ее животе и груди. Подумав о том, как сильно болит моя спина, я не могла представить, что ремень ударит по моей чувствительной груди.
- Лия, - продолжила Сестра Мариам, - имела честь проводить больше времени с Отцом Габриэлем, когда он был дома в последний раз.
- Это он сделал с тобой? - спросила я.
Мариам молниеносно шагнула вперед и ударила меня по щеке.
- Ты не задаешь вопросов. Ты слушаешь. Очевидно, ты не так быстро учишься, как Лия. Наш лидер больше, чем мужчина. Он является "Светом", и "Свет" нуждается в наполнении, чтобы быть самым ярким. Нам, невестам, посчастливилось быть избранными для выполнения этого долга. У каждого в "Свете" есть свои обязанности. Поскольку мы так близки к Отцу Габриэлю, всецело отдаваясь "Свету", мы должны желать избавиться от всей тьмы внутри нас. Отец Габриэль радуется, когда видит следы, которые мы с радостью носим, чтобы изгнать тьму из наших тел. В конце концов, он не смог бы войти в нас, если бы мы скрывали тьму.
Мой желудок скрутило.
