Только после того, как пришла в движение дверная ручка, мое внимание вернулось к настоящему. Через размытое стекло я смогла разглядеть только, что это был мужчина. Дрожащими руками я потянулась к телефону Дилана. Проведя пальцем по экрану, я осознала свою ошибку, и у меня скрутило желудок. Цифры, которые он набрал - исчезли. Я стерла их, когда собиралась позвонить Бернарду. Дверь снова задребезжала, на этот раз от стука, и мой взгляд заметался по кабинету, пока я искала место, чтобы спрятаться. На мгновение я подумала, что могу запереться в ванной.
- Сестра Сара, это я, - позвал Дилан громким шепотом. - Я один. Пожалуйста, открой дверь.
Облегчение мгновенно затопило меня, когда я схватилась за стол, чтобы не упасть, и уставилась на его фигуру. Я медленно подошла к двери, прислушиваясь к любому звуку, указывающему на то, что он солгал и был не один, но не услышала ничего, кроме еще одного слабого стука и просьбы открыть дверь.
- Брат Дилан, это точно вы? - спросила я, делая вид, что не узнала его голос.
- Проклятье, да, это я.
Мои щеки покрылись румянцем, и губы растянулись в небольшой улыбке. Я никогда раньше не замечала, как много он сквернословит. Жизнь в "Свете", где сквернословие не одобрялось, делало для каждого из нас эти звуки чужими. Я удивилась тому, что в "Северном Сиянии" даже мои мысли не были вульгарны - ну, пока не вернулись воспоминания. Использование ругательств было проступком, который Джейкоб выбрал для наказания в Фэрбенксе.
Повернув маленькую защелку внутри дверной ручки, я открыла одну из дверей. Не поднимая глаз, я смотрела, как ботинки Дилана пересекают порог и ступают на красный ковер, затем быстро закрыла дверь, стараясь снова повернуть защелку. Поднос, который он нес, звякнул, когда он поставил его на стол Отца Габриэля рядом с Фредом и своим телефоном.
- Я сделал тебе бутерброд и принес воды, - предложил он, как будто бутерброд мог компенсировать то, через что я прошла. - Я чуть было не принес тебе пива, но потом вспомнил о беременности. Я не знал, стоит ли тебе пить чай. Поэтому я остановился на воде. Надеюсь, все в порядке.
Пиво. Я уже несколько месяцев не думал о пиве. Внезапно на ум пришли воспоминания о нас двоих. Я вспомнила вечера, проведенные на его веранде с пивом, пока он готовил мясо на гриле, но также быстро я вспомнила, что именно он передал меня своему дяде. Глубокий вдох - все, что мне нужно, чтобы закрепить мои более свежие воспоминания, воспоминания о событиях, которые произошли несколько часов назад в подвале этого ужасного места по милости Брата Марка. Когда я вдохнула, белое платье натянулось, раздражая новые ссадины, тем самым отталкивая любые приятные мысли и делая то, для чего они были предназначены: напомнить мне.
- Спасибо вам, - тихо сказала я. - Вы очень добры ко мне.
Он указал на еду.
- Тебе нужен стул, или ты бы предпочла…?
- Я постою, - ответила я, надеясь, что моя боль вызывала в нем чувство вины.
Когда я не подошла ближе, он спросил:
- Ты собираешься есть?
- Я жду вас.
- Меня? Я уже ел. - Замешательство в его голосе было ощутимым.
- Брат Дилан, я жду, когда вы благословите еду, чтобы я могла поесть.
- Черт, да, я уже это сделал. Давай ешь.
Когда он потянулся к телефону, который я оставила на столе, мое сердце пропустило удар. Я была счастлива, что не позвонила.
- Ты удалила номер, который я сюда записал? Что, если бы кто-то пришел сюда?
- Просите, я не знаю, как это произошло. Я просто держала его. Кажется, я до чего-то дотронулась, и экран потемнел. - Я улыбнулась своему собственному таланту, когда сделала большой глоток воды. Мое веселье быстро испарилось, когда я заметила свой пустой безымянный палец, и мои мысли вернулись к Джейкобу.
- Все в порядке. Я вернулся.
- Почему? - спросила я, откусив от бутерброда с индейкой. Когда мои зубы погрузились в мягкий хлеб, я поняла, как проголодалась, и почти застонала от вкуса майонеза. Я не ела его с тех пор, как оказалась в "Свете", и неповторимая сладость была раем.
- Что? - спросил Дилан.
Я положила бутерброд и опустила подбородок.
- Простите. Я знаю, что лучше не задавать вопросы мужчинам. Это моя самая большая проблема. Я просто не понимаю, почему вы так добры ко мне. Как никто здесь.
- Я разговаривал с Мариам. Все будет по-другому.
Я кивнула и снова потянулась за бутербродом. Когда я это сделала, мое дыхание перехватило, в тот момент, когда Дилан накрыл мою руку своей.
- Я знаю, что для тебя это не имеет смысла, но, если бы это было так, я бы сказал, что у меня не было выбора.
Проклятье! У нас у всех есть выбор.
Я прикусила губу, стараясь держать ту часть, которая была Сарой, невозмутимой. Та часть меня, которая была Стеллой, больше не возвращалась к приятным воспоминаниям. Она была готова протащить Дилана через весь тот ад, в который он ее закинул.
- Мой дядя не вернется сюда еще как минимум несколько дней. Я попытаюсь что-то предпринять.
