Немного похмыкав над новыми идеями воплощения в жизнь своего господства, да ещё и таким образом, чтобы это господство не тяготило и вообще было не заметно со стороны — как править миром, не вызывая подозрений у соседей по палате и санитаров, ага — всё же отправляюсь в буфет. Слишком уж странные думы порождает голодный желудок. Так и до некрокоммунизма додуматься можно или какого-нибудь принудительного осчастливливания человечества путём слияния его в единую мыслящую НЁХ.
Вернулся я из буфета значительно подобревшим: местный высший свет перестал восприниматься как яркокрылые насекомые, кружащие над заживо пожираемым ими телом тяжело больной страны. Эх, опять ассоциации с едой. И почему те пироженки кончились так быстро? Такое многолюдное мероприятие и всего лишь один поддон с этой вкусняшкой. Бардак!
Тем не менее, очередная версия вальса предстала в более выгодном свете — красиво ведь танцуют, словно актёры в историческом фильме. Играет приятная, ненавязчивая музыка, множество пар с лёгкими улыбками на лицах кружится по мраморному полу огромного зала с высоким сводчатым потолком. Стилизованные под свечи лампы в хрустальных люстрах и отражающийся от вездесущей позолоты мягкий желто-оранжевый свет окрашивают светлые стены в тёплые тона, придавая вечеру романтический флёр. И кажется, что всё в Империи прекрасно.
Есть в светской жизни дворян притягательный для многих блеск. Неудивительно, что некоторые несознательные личности прошлого мира грезили «Россией, которую мы потеряли». Вот только жизнь в совершенно иной и вместе с тем очень похожей на родину прапрадедов Виктора Империи прекрасно давала понять, на чём строился весь этот искусственный лоск для немногих.
«Вот ведь, опять мысли не в ту сторону пошли! Я вообще-то играю за «охранителей», а не за «революционеров»! Допросы чинуш и агентов Революционной Армии плохо на меня влияют, да», — подумалось под тихий хмык.
Не сказать, что среди мятежников сплошь идеалисты, к которым я проникся сочувствием. Да и идеалисты те… ну вот что они могут дать людям? Если горение и идеи отодвинуть, что останется? Помимо террора и фраз о том, чтоб всем резко стало хорошо? Среди тех же, которые боролись не за идею, а за свой интерес, встречалась такая грязь, что даже меня пронимало. Однако информации хватало для неприязни к обеим сторонам конфликта, как и к человечеству в целом.
«Жаль, что на улице дождь, воздухом подышать не выйдешь. Найти, что ли, Кея и повеселить себя, устроив с «братиком» пикировку? Или приткнуться к местным картёжникам и попробовать взять у фортуны реванш? Хотя у них там воняет, накурено…» — задумчиво смотрю на пузырьки в бокале с алкогольной шипучкой. Истина в вине не находилась.
Размышления оборвал какой-то хлыщ в белоснежном костюме, заявившийся в мой уединённый уголок и в ультимативной форме вызвавший никого не трогавшую некроманси на танец. И ладно бы вежливо пригласил, но манеры донжуана оставляли желать много лучшего. Чуть ли не за руки начал хватать. Признаться, я от такого напора даже опешил. У нас не какая-то там демократия, а полуфеодальное общество, где за такие выкрутасы можно легко заплатить здоровьем или жизнью. Причём, учитывая редкие, но среди аристократии не уникальные способности воинов духа, плату может взять и сама девушка, прямо на месте оторвав невоспитанному ухажёру что-нибудь лишнее. Неумно это — хамить и распускать руки, когда тебя могут убить пальцем.
К сожалению, даже на прямое предупреждение о моих способностях и намерении их применить на нём, если он не уйдёт, этот типус отреагировал только наглой ухмылкой и взглядом в сторону охранника — не особо сильного Адепта, явно выходца одного из Храмов Боя. Безмозглое туловище находилось под влиянием наркотиков и считало себя сыном правителя в сельском клубе. Он-де посланец кого-то-там из Столицы и личный гость губернатора, бла-бла, вострепещи, бла-бла, покорись…
«И почему каждый отброс принимает нежелание повышать голос и раздувать пустой конфликт как слабость?» — подумалось с оттенком грусти, когда неприятный визитёр даже не помыслил внять высказанным спокойным тоном предупреждениям. На самом деле, несмотря на не слишком хорошее настроение и вредную привычку улучшать его убийствами неприятных личностей, я не собирался делать с хамом что-то нехорошее…
До того, как нарко-мачо перешёл на оскорбления.
И дело тут даже не в обидчивости, а в том, что благородная уроженка северо-восточной части Империи, да ещё идущая по тропе воина духа, просто не могла проглотить обиду. Правила поведения в аристократическом обществе, особенно их редакция для одарённых, по сути своей, мало чем отличались от классической блатной триады «не верь, не бойся, не проси». Ну, разве что речевыми оборотами. У позиционирования моей маски как воина духа хватает и недостатков, за «просто благородную девушку» уже вступились бы те же офицеры Стоуна, что неодобрительно поглядывали в нашу сторону.
