Неспешно текли размышления и так же не торопясь поднимались и выходили к трибунам люди. Кому-то наместник вручал грамоту, кто-то в нагрузку получал памятный подарок, вроде богато украшенного оружия или письменных принадлежностей (в зависимости от того, по гражданской или военной линии проходит очередной награждаемый), некоторые помимо этого получали суммы золотом, новые назначения или даже земли во владения.
Да, наместник — как полноправный представитель Императора — имел право распоряжаться подобными вещами. В жёстко регламентированных рамках и с необходимостью дальнейшего подтверждения принятых решений в Столице, но всё же. Не думаю, что с одобрением перераспределения собственников владений, по тем или иным причинам ставших бесхозными, возникнут серьёзные трудности. Самое «сладкое» наместник не трогал, очевидно, приберегая для общения с высокопоставленными столичными воротилами, а те крошки, которые он всё же раздаёт — слишком незначительны, чтобы разжечь жадность в стенах Императорского Дворца.
Наконец, подошла и моя очередь.
— А теперь я хочу пригласить к трибуне всем нам известную и уважаемую главу специальной группы Службы разведки, Мастера боя, хозяйку древней реликвии нашей земли, и просто обворожительную девушку — госпожу Куроме Абэ. О её заслугах можно говорить очень долго, но, уверен, вы знаете о них не хуже меня. Поэтому буду краток… — певчей птицей разливался толстый главчиновник региона.
Мысленно вздыхаю. Именно с «буду краток» обычно начинаются самые длинные и занудные речи. А потом и мне придётся, встав у трибуны, отдать долю формального уважения хозяину мероприятия и собравшимся. И опять же отделаться коротким и ёмким «благодарю» не получится.
У-у! Ненавижу павлиньи танцы политиков!
* * *
С трёх сторон окружённая живописными, покрытыми снегом невысокими горами, протяжённая долина — не в пример главному узлу северо-восточного бандитизма и работорговли — производила впечатление воистину райского местечка. Особенно этому способствовал тот факт, что в её глубинах властвующая в этих краях зима как будто — а, может, и в самом деле — никогда не наступала. Издали наблюдаемые древесные вершины радовали глаз зеленью листьев, над ними носились весело летающие точки пичуг, а если присмотреться, вооружившись оптикой, можно разглядеть и прячущийся в тумане зелёный подлесок, где бегало разнообразное зверьё.
И не скажешь, что данное место — аномальная зона, облюбованная одним из самых опасных и мерзких монстров региона. Правда, туман, сгущающийся по мере приближения к центру, мешал рассмотреть самое интересное и, вероятно, пугающее.
С другой стороны, на занимательных зверушек можно полюбоваться и не пересекая границ аномалии.
— Фу, пакость гнусная! — наморщила носик в брезгливой гримаске Акира, поглаживающая белого кролика. — Зачем оно тебе нужно?
Зрелище действительно открывалось не очень: на снегу, вывалив синюшный язык, брюхом кверху лежал облезлый волк. Плешивую шкуру обильно покрывали язвы и чирьи, один из которых я из интереса подковырнула кинжалом. Натянутая изнутри кожа нездорового красно-фиолетового цвета лопнула, потекла перемешанная с кровью и гноем чёрная гадость. Животное попыталось убежать или хотя бы перевернуться на лапы, но конечности, крепко привязанные к вбитым в мёрзлую землю колышкам, смогли лишь бесполезно дёрнуться. Кусаться, визжать и рычать ему мешала помещённая в перемотанную пасть тряпка.
— Для общего развития, — примериваясь к тощему брюху, отвечаю я. — Мы с местным хозяином в чём-то коллеги — контролируем побеждённых монстров, — несколько быстрых движений и сдвинутые в сторону ткани открыли вид на внутренности волка, пронизанные чёрными жгутиками. — Вдруг получится перенять что полезного? Пусть выглядит не очень, но симбиоз, согласись, интересный.
Иллюстрируя свои слова, указываю остриём в сторону чёрных включений, которые, зашевелившись, начали не только впитывать выступившую кровь, но и нарастать по краям раны. Даже среди обнажённых верёвок кишечника начало набухать нечто, собирающееся заменить собой срезанный сальник, а в перспективе и мышцы со шкурой.
— Тебе как медику тоже должно быть интересно.
— Мне как медику такая мерзкая дрянь
— А на что обижаться? Я действительно увлекаюсь алхимией, в том числе и тёмной. И тебе советую — это интересно и полезно. Если соблюдать технику безопасности, разумеется.
Аккуратно пережав сосуды, извлекаю из четвероногого хищника очередной орган. Волк продолжал дёргаться.
Удивительно живучее существо!
