Из Тьмы (Арка 5) полностью

Она ведь самая настоящая могущественная воительница, борющаяся с несправедливостью, уничтожающая монстров и бунтовщиков! И при этом она не сильно старше самого Макото, на вид так и вовсе почти ровесница. А ещё она тоже интересуется историей. И с ней интересно говорить. И она едва ли не единственная, кто (с учётом разницы в статусе) общается с ним на равных. Не как Онест, который до сих пор видит в нём маленького ребёнка, или словно подобострастные придворные, что, скорее, вызывали чувство лёгкой гадливости, — а так, словно они друзья.

Да! Он подружился с Куроме, а не влюбился в неё! А ещё она непременно станет его приближённой!

Хотя, наверное, не стоило приказывать министру разведки предоставить всю известную информацию об этой девушке. Или всё равно стоило? Ему же нужно узнать, что за человек его подруга и будущая приближённая, что ей нравится и всё остальное…

— Ку-фу-фу, вы уж не обижайтесь на старика, ваше величество! — гулко рассмеялся Онест. — Но вы уже взрослый мальчик, почти мужчина. А у каждого мужчины просыпаются особенные желания. И даже если вы на самом деле не испытываете сердечных чувств к так заинтересовавшей ваше величество убийце, — насмешливый взгляд на Макото, у которого, по собственным ощущениям, горело всё лицо, — если кто-то взволнует ваше сердце, то лучше, если это окажется кто-то из ваших преданных и проверенных слуг.

Макото хотел сказать, что ему не интересны такие глупости, он лучше сходит в библиотеку или побегает по парку, чем станет тратить время на пустоголовых девчонок — к которым, благодаря глупым придворным, норовившим подсунуть ему своих ещё более глупых дочерей, у Императора выработалось довольно предвзятое отношение — но сдержался.

Во-первых, он — Император, и его долг произвести наследника, который станет править страной после него (что, по понятным причинам, невозможно без Императрицы). А во-вторых, он ведь решил тренировать свою технику невозмутимого лица.

А если он начнёт возмущаться и отрицать реальность, то какая же это невозмутимость?

— Гхм, так вот в чем причина, — с натянутым спокойствием выдавил из себя Император. — Хорошо, я понял.

— Фу-фу, это так трогательно, видеть, как дети взрослеют, — смахнул несуществующую слезинку премьер. — Позволю себе небольшой совет для вашего величества: если вам кто-то понравился, то не стоит сразу дарить ему высокие чины, как Имперский Рыцарь или, к примеру, министр, — толстяк улыбнулся, обозначая шутку. — Даже если кто-то вам очень симпатичен, это не значит, что у этого человека хватит воли, сообразительности и образования, чтобы справиться с такой ношей. И всегда будьте готовы, что девушка может не ответить на ваши чувства даже после такого подарка, — поучительно произнёс бородач.

«И всё-таки Онест до сих пор злится на Куроме, — подумал начавший успокаиваться Макото. — Наверное, это ещё и из-за того, что он поддерживал министра Кокэя и помог ему занять пост, — припомнил мальчик кое-что из ранее слышанных разговоров. — Теперь, когда вспоминают неудачи этого министра, трагически погибшего от несчастного случая, их тень падает и на его покровителя. Вот Онест и обижается. Никогда не думал, что у него такая чувствительная натура».

— …А вот эта милая служанка всегда с радостью согреет вашу постель, — продолжал говорить не догадывающийся о мыслях своего собеседника толстяк, — если вы понимаете, о чем я, ку-фу-фу. И она за это даже ничего не попросит. На этом я откланяюсь. Этому старику ещё нужно хорошо поработать. Хорошего вам дня, мой Император, — взгляд на «сюрприз». — А ты, Марта, во всем слушайся его Величество.

— Да министр Онест! — поклонилась девушка.

— Марта, — произнёс Император имя своей новой служанки, когда они остались наедине… гм. Ну, наедине, если привычно игнорировать неподвижные фигуры гвардейцев, конечно.

— Да, Ваше Императорское Величество, — кротко отозвалась та.

— Ты и в самом деле сделаешь всё, о чем я попрошу? — прищурился зеленоволосый мальчишка.

— Да, Ваше Императорское Величество! — последовал незамедлительный ответ от порозовевшей девушки.

— Что же, тогда следуй за мной. И раз ты моя личная служанка, хватит короткого обращения «ваше величество» или «Император».

— Да, мой Император, — ещё один поклон.

«Слишком робкая и покладистая. Нет, если смотреть по поведению и манере держаться, то они с Куроме совершенно друг на друга не похожи. Тут Министр ошибся», — подумал мальчик.

Всё-таки его особенное отношение к Куроме сформировалось не из-за её внешности, а в силу черт характера, ума, солидного списка подвигов и достижений, а также немалого личного могущества. Новая «личная» служанка же воспринималась, скорее, как обуза и ещё один соглядатай. (Как будто их вокруг и без того мало!)

Хотя… он постарался взглянуть на ситуацию, как кто-то из искушённых в политике предков, тот же Найден, к примеру.