Из Тьмы (Арка 5) полностью

— Не хочешь бездельничать на холоде? — отвлёкшись от своих размышлений, уточнила я.

— Ук-угу, — Эйпман стал усиленно показывать как ему холодно и некомфортно.

С его-то шерстью и уровнем духовной силы. Верю, ага.

— Ладно, лентяй, — улыбаюсь. — На сегодня всё, — повинуясь мысленному усилию, примат исчез в пространственном кармане.

— Почему не монстр-обезьяна и гидра? — спросил приблизившийся миньон.

— Слишком большой разрыв в качестве и количестве духовной силы, — произношу, забросив в рот последнюю вкусняшку и допив какао. — Формально Печенька отстаёт в ранге от Хрустика почти так же, как Эйпман от неё. Но фактически разница между одарённым зверем ранга В и имеющим активное духовное ядро монстром класса A — больше, чем между чудовищами A и S. И даже если опустить гидру на ранг B, она всё равно останется намного сильнее, потому как изначально выше в условной пищевой цепочке.

— Когти, зубы и хвост есть у кошки и тигра. Но они не равны, — кивнул Юрэй.

— К тому же, у сильных монстров жёстче энергетика: работать сложнее, но если что-то пойдёт не так, то и серьёзных повреждений можно не бояться. Не беспокойся, Генсэй, — в ответ на незаданный, но мелькнувший в мыслях старого Мастера вопрос, добавила я. — Если всё получится, то усиление коснётся и тебя, мой верный, но честолюбивый соратник. То, что я стала чаще тебя побеждать — не означает, что ты не развиваешься. Даже наоборот, — демонстративно потираю места старых ушибов, которые пусть и исчезли, но ещё живы в памяти побитого тела.

Как бы подводя итог сказанному, призываю Хрустика.

И надо сказать, поддержание в реальности этой махины сразу создало довольно значительную нагрузку. Недостаточно большую, чтобы реально сказываться на моей боеспособности или истощать запасы быстрее приемлемого — даже после недавних тренировочных схваток, что подтверждает мою растущую выносливость — но всё же раздражающую. Хотя бы пониманием того факта, что львиная доля духовных и ментальных сил уходит на подавление бессознательного сопротивления, а дополнительные затраты, как это ни странно, означают ослабление данной боевой единицы.

— Благодарю за заботу, госпожа. И прошу: наедине зовите меня — Юрэй. Старая жизнь кончилась, а вместе с ней умерло и старое имя, — поклонился некогда сильнейший в Империи, после чего продекламировал одно из периодически сочиняемых им странных трёхстиший, призванное ответить на моё замечание о его честолюбии:

Величавый пик пронзает облака,

Мириады глаз вожделеют вершину

Идущий к небу попирает горы.

Вот ведь воинствующий поэт! Но ладно, пора приступать к испытаниям только того и ждущих идей.

Примечания:

Пункт тапкоприёма открыт)

Автор и Куроме выражают признательность тем, кто поддерживает текст на Бусти или делает пожертвования на Тёмный Алтарь Печенек.

Добавил пару картинок в допматериалы.

А.Н. — бечено.

Удивительно, но пройти первый этап и отнять немного силы у титанической многоножки оказалось довольно простой задачей. Также не возникло сложностей и с тем, чтобы отправить эту частицу Печеньке. И… она успешно и безвредно усвоилась. Насчёт пользы, правда, с первого раза понять не получилось: слишком незначительная крупица энергии. Однако, подозвав питомицу поближе, а потом, в прямом смысле слова сидя у прожоры на шее, несколько раз повторив цикл отъёма-передачи, предположение удалось подтвердить.

Естественно, столь капельные вливания способны поднять уровень неслабой гидры лет, наверное, через пять — а то и десять! — аналогичных, хм, микропроцедур. Причём непрерывных, да. Но это лишь первый, проверочный этап. Теперь нужно определить, насколько сложно окажется перестроить подпитку членистоногого мегакласса так, чтобы Яцуфуса, с одной стороны, не возмещала потери в духовной силе, тем самым позволяя ослаблять своевольное и агрессивное существо, а с другой — продолжала поддерживать скрепы души и немёртвого тела. Не хотелось бы по неосторожности самостоятельно подарить сильнейшей — а ещё самой тупой и упёртой — из имеющихся в Коллекции марионеток возможность сорваться с «поводка» во время очередной попытки её полноценно подчинить.

И снова: один цикл, второй, третий… девятый, десятый…

«…Ага, понятно. Значит, мы с Паулем правильно посчитали. А если так? — …Двадцать четвёртый, — …И впрямь работает!»

Удача мне определённо благоволила. То, что я собиралась сделать в лучшем случае за пару декад осечек, расчётов, проверок, срывов, новых расчётов и перепроверок, находя очередные подводные камни и обходя их, чтобы натолкнуться на новые непредвиденные препятствия — получилось уложить в один день. Даже не так: в одну пробную попытку!

Что же, раз всё так прекрасно вытанцовывается, то попробуем сделать ещё один шаг вперёд.