Из Тьмы (Арка 5) полностью

Однако юмор юмором, а совсем уж выставлять такое напоказ не стоит. Прямые взятки и завуалированные «подарки» полиции, государственной администрации различных уровней и прочей жадной властно-чиновничьей сволочи, конечно, замылили их взгляд достаточно, чтобы Империя не увидела в нашем небольшом образовании подрастающего конкурента. Но лозунгов и призывов перекроить по нашему примеру всех остальных — не надо.

По крайней мере, пока.

Тем временем четвёрка бандитов, что на деле походила на правоохранителей больше, чем многие среди самих полицейских, вернули пострадавшему рабочему трость и, придерживая за плечо, повели вон из переулка. Посрамлённые и побитые коллекторы тоже двигались прочь, утаскивая под руки своего совершенно не обрадованного возвращённым долгом лидера. Всё же десять серебрушек — серьёзная сумма лишь для фабричного трудяги, никак не стоящая того, чтобы получать за неё переломы. Теперь любителю шантажировать должников угрозами родственникам придётся тратиться на лечение и долго восстанавливаться.

И поделом злобному крохобору!

* * *

Сухопарый мужчина в прямоугольных очках без диоптрий — госпожа исправила данный недостаток своего верного слуги, но он слишком привык к этому аксессуару, придающему внешней солидности — одетый в шикарный тёмно-фиолетовый костюм-тройку, сидел за директорским столом и лениво листал документацию. Вернее, так могло показаться со стороны; однако наблюдатель в лице директора каретной фабрики, скромно стоящего рядом со своим собственным столом, знал, что этот человек — вызывающий как страх, так и восхищение, что по каким-то своим причинам, вместо того чтобы посылать подчинённых, решил провести инспекцию лично — именно читал.

Да притом не просто пробегал взглядом, а запоминал, анализировал и сопоставлял с уже имеющейся у него информацией.

Собственно, нынешний директор как раз-таки и занял свой пост благодаря этой удивительной способности господина главного инспектора, который сходу выловил нестыковки в отчётах прошлого начальника фабрики. Куда делся глупец, вздумавший пытаться надуть таких страшных людей, нынешний глава старался не думать.

Ему больше нравилось размышлять о перспективах.

Когда в конце осени фабрика перешла в руки новых хозяев и на территорию пожаловала целая команда наблюдателей, что стали совать свой нос везде и всюду — как в бухгалтерию, так и под руку рабочим — никто не ожидал от этого ничего хорошего. После того, как начались увольнения, это ожидание неприятностей лишь усилилось, причём на всех уровнях. Ведь если уж начальников одного за другим на холод выкидывают, то чего ждать простому мастеровому? Но… людской состав финансовых и контролирующих отделов сократился почти вдвое, а вразнос в механизме предприятия ничего не пошло. Более того: означенные отделы (так же, как и подконтрольные им цеха производственников) стали работать лучше, а прибыль фабрики выросла.

Чудеса!

Однако после того, как инспекционная группа опубликовала отчёт, в голове новоиспечённого директора всё встало на свои места. Он и раньше понимал, что родственники, знакомые и дети знакомых бывшего хозяина фабрики или сколь-нибудь важного начальства отъедали заметную часть зарплатного фонда. Притом данные псевдоруководители — в лучшем случае! — ничего не делали, милостиво предоставляя возможность своим заместителям выполнять их обязанности, работая за двоих и получая в два раза меньше. Уж нынешний директор об этом знал лучше многих. На своей шкуре прочувствовал.

Но они ведь не только не работали, они вредили! Воровали, заключали заведомо невыгодные сделки ради откатов, покупали негодные комплектующие, урезали зарплатные фонды мастеровщине, которая и так получала в основном талоны для фабричной лавки с отвратными продуктами по высокой цене… Да чего только не делали! Открывшийся масштаб прямых и косвенных хищений поразил даже его — человека, годами крутившегося в этой системе! И как фабрика не разорилась в подобных условиях?

Впрочем, толком развиваться тоже не получалось: по словам старожилов, как перешла фабрика наследнику прошлого хозяина, что в отличие от отца не слишком стремился вникать в дела, так всё и застыло в стабильной неподвижности болота, постепенно начинающего пованивать разложением. Ещё и образовавшийся в последние годы госконцерн давить начал.

В таком ракурсе разве странно, что, лишившись накопившейся массы захребетников, которые не только тянули средства, не делая ничего полезного, но и мешали — их компания воспряла?