До веревочного захлеста на суку, с болтающимся каменным отвесом, оставалось не более метра.
Пока шпион отдыхая боролся с назойливыми насекомыми , в голове его созрел вопрос: как смогу я один распутать веревочный захлест на суку и стащить тяжелое тело?
Если бы нужно было, просто разрезать веревку и сбросить труп на землю.
Тогда мой план был бы хорош, но затащить его на площадку, до которой будет не меньше шести локтей ?
Это не выполнимо.
Если я просто сброшу труп в пропасть, то после его падения, могу просто не найти монету.
Она может от сильного удара вывалиться изо рта и улететь бог знает куда, завалившись за камень , упасть в какую то щель, потеряться в траве.
Нужно все сделать наверняка, такой шанс упустить нельзя!
Намеченный на скорую руку план, исполненный на половину, был отвергнут.
Надо вернуться на землю и быстро обдумать более правильное действие, – подумав так, шпион тут же попятился назад с дерева.
Пока он слезал, в совершенно прояснившейся его голове возникла новая идея.
Сниму свой пояс, он у меня длинный, завяжу на конце камень, захлестну веревку на которой висит Иуда, и подтащу его к обрыву.
А там уж с Божьей помощью выволоку его на площадку.
План казался более правильным и вполне выполнимым.
Но когда он сполз с дерева обратно на площадку, силы окончательно покинули его тело, ему ужасно захотелось пить.
Тяжело отдуваясь, шпион сел возле дерева, опершись на него спиной.
Ноги зудели и чесались от укусов насекомых, он начал неистово чесать их.
В его сумке , лежал маленький бурдюк, но он был почти пуст, лишь один маленький глоток омочил его язык и горло.
Небольшим количеством слюны, собранным в ладонь, он растер искусанные и ободранные ноги, это немного освежило кожу, притушило зуд и жжение.
Долгая слежка за Иудой, давно утомили его.
В какой то момент он потерял предателя из виду и лишь его прощальный крик указал ему место его последнего пристанища.
Еще карабкаясь на гору, к месту повешения, благодаря своему шпионскому чутью он понял, что будет не первым, кто оказался рядом с телом покойного.
Подобравшись к нужному месту словно змея, он с жадностью вслушивался во все , что происходило на площадке возле дерева.
Так случайно , он овладел Великой тайной Ангелов.
Передохну,– сказал он в слух, сам себе,– а пока отдыхаю, нужно записать все , что слышал и видел тут.
Каиафа потребует отчет о последних часах жизни предателя.
Развернув пергамент и достав из сумки походный чернильный набор, он стал подробно описывать события связанные с Иудой, до и после его смерти.
Эта работа заняла некоторое время, по истечении которого писавший почувствовал себя немного отдохнувшим.
Ему показалось , что второй его план более прост и выполним, и у него на его осуществление должно хватить сил.
Отложив в сторону пергамент и перо, он с трудом встал на ноги и не спешно начал выполнять задуманное.
Пояс его оказался достаточно длинен и прочен, нужный камень по размеру и весу он нашел тут же на площадке.
Оставалось только привязать его, метко метнуть веревку и подтащить тело к краю площадки.
Не первый , не второй бросок не смогли захлестнуть веревку, и третий бросок пролетел мимо, только четвертому было суждено увенчаться успехом.
Веревка с камнем на конце крепко захлестнула удавку, почти у шеи висельника.
Теперь нужно подтянуть его, – ладони у шпиона потели от жары , сильной усталости и напряжения.
Сейчас, вот так, намотаю веревку на запястье , что бы не выскальзывала из руки.
И раз, и два, и три, и четыре…
Подбадривая себя счетом , он подтаскивал к выступу площадки тяжелое, болтающееся тело.
Ноги его топтались почти на самом краю обрыва, но увлеченность производимым действием не позволяло до конца осознавать это.
По началу труп легко двигался к караю обрыва , но чем ближе он был к тянущему его, тем тяжелее становилось его тащить.
Шпион подмотал на руку свободный кусок пояса, что бы не споткнуться о него, в самый ответственный момент.
Вот уже пальцы руки ухватились за ворот Иуды и потянули к себе, что было сил.
Сук ли, веревка ли, в ту же секунду издала странный плачущий стон.
Шпион бросил взгляд туда, откуда донесся звук.
Он увидел все в каком то нереально замедленном темпе, казалось что время почти остановилось.
Канат на котором висел Иуда, в надорванном месте стал расплетаться, волокна медленной разрываться, одно за другим.
Последние нити каната удерживающие тело лопнули , в месте разрыва появилось маленькое пыльное облачко.
Камень отвес с обрывком засаленного каната, начал медленно соскальзывать с сука и словно дракон машущий хвостом, бесшумно полетел в низ, в пропасть.
Разум шпиона все это видел замедленно и осознанно.
Но для другой его части, все случилось очень стремительно, и подготовиться к данному развитию событий он не успел.
Тело предателя с веревкой на шее на мгновение встало на ноги на край площадки и припало к своему спасителю, лизнув его небритую щеку, окровавленным языком.
Но какая то невидимая сила в следующий миг отбросила его обратно в пропасть.
Шпион осознал , что ему не удержать обмякшее тело и разжал пальцы руки держащие ворот.
