— Нет, — спокойно говорила бабуля, — спать хочу только, — и снова закрывала глаза и спала. Постоянно спала. И дыхание оно было неспокойное, такое прерывистое. Иной раз, когда Лиза заходила к ней в спальню, ей казалось, что именно сейчас бабуля проживает всю свою жизнь заново. Она словно видела и сама эти картинки, с молодости, с юности. О Боже, как же это было больно. Как же медленно она уходила. Время тянулось бесконечно долго. Дыхание становилось все слабее и слабее. Ночью Лиза боялась к ней подойти. Лихорадочно напрягала слух из спальни. Как только слышала какие-то шорохи, благодарила Господа. Она уже не хотела есть. Не хотела пить. Просила оставить ее в покое. А ночью Елизавета вызывала скорую и продлевала ее жизнь еще на время. Тяжелело на душе, тяжелело.
— Бабуль, ты на меня не обижаешься? — единственные слова, которые смогла выдавить из себя Лиза, чтобы не заплакать.
— Нет. Да за что? — даже в ее голосе промелькнула капелька удивления.
— Точно, бабуль? — она рыдала в душе, но не могла сказать.
— Точно.
Вот так и поговорили. А через несколько дней, она перестала приходить в себя. Уже не открывала глаза. Тяжело дышала. Ночью приезжала скорая помощь, кололи уколы, но она уже и этого не чувствовала. Лиза страшно боялась, что бабуля уйдет ночью. Потому вечером поила ее с пипетки, и до самого утра не подходила. Стыдно в этом признаться. Стыдно. Иной раз посреди ночи Елизавета открывала глаза и в безмолвной, почти уже мертвой тишине дома, слышала прерывистое дыханье бабули.
Ведь, так не должно было случиться. Не должно. Это была всего лишь поломанная нога. А получилась смерть и безграничное чувство вины в душе. Она ушла 15 февраля в 6 часов вечера. Просто на глазах у Лизы сделала свой последний, очень долгий вздох. И душа покинула тело. Похороны прошли быстро. Елизавета не придавала ничему значенья. Главное, что человека уже нет. А все остальное неважно. В день похорон, а именно после всего, Елизавета творила сумасшедшие вещи, по мнению соседей. Лиза палила костер, казалось бы, он поднимется к самым небесам. Все вещи, лекарства, и даже диваны с креслами — горели в огне. Как горела душа у Лизы, так и горело все то, что уже не надо бабуле. Зачем и для чего люди годами копят, складываю, берегут все это вот земное, если за доли секунды душа покидает тело. И уходит в полном одиночестве за горизонт. На поминках, когда люди пришли помянуть Галину Петровну, Лиза палила костер, а затем мыла окна в доме.
— Лизонька, деточка, так нельзя, — возмущалась соседка.
— Хорошо, — отвечала она и продолжала свое занятие.
Лиза накрыла стол. Похоронила бабулю. Все остальное стало пустым и неважным. Можно. Нельзя. Какая теперь разница. Нет человека. Все уже. А Елизавета есть. И все болит внутри, только слез нет. Поэтому руки Лизы были заняты, а мыслей просто не было. Ничего не было. После поминок Елизавета все вымыла и убрала. А затем провалилась в сон без сновидений. В вечность уходят не просто люди, уходят целые эпохи. Исчезают. Стираются с лица земли. И только память, память человеческая делает родных людей вечно живыми в сердцах.
Артамонова Галина Петровна родилась 25 сентября 1942 года на Урале в семье героя и ветерана Великой Отечественной Войны и простой медсестры, которые так и познакомились на фронте. Этот род был сложный. Семья тяжелая. Отношения страшные. Артамонов Петр Дмитриевич был героем своего времени, весь в орденах и в медалях, и монстром в семье. Лиза, будучи маленькой девочкой, очень много всего узнала про детство и юность своей бабули. Они часто вместе пасли коров на пастбище. И Галина Петровна делилась с Лизой своими воспоминаниями. Любила сильно свою единственную внучку, всегда была рядом. Первая сказка в детстве от бабули. Первая молитва от бабули.
— Тяни ладошки к уходящему солнышку и проси у него энергии и силы, — говорила серьезно Галина Петровна Лизе. Так она ее учила. Поэтому они садились вместе на зеленую траву и тянули руки к солнцу.
— И что у меня будет много силы и энергии? — спрашивала маленькая Лиза.
— Конечно! И помни, внученька моя, как бы то ни было тебе тяжело, в самые трудные моменты обращайся к Богу, он услышит и поймет. И обязательно придет на помощь.
Лиза тогда не понимала слов бабули. Но, молитву выучила. И знала, что каждый вечер перед сном ее нужно обязательно проговорить про себя. Бабушка говорила, что так надо. Значит надо. А как вот однажды, когда Лиза стала постарше, бабуля рассказала ей историю знакомства с дедом, с ее мужем. И на первый взгляд, она может показаться очень романтичной, но если посмотреть более глубже. Все совсем наоборот.
