Элю вполне устраивала жизнь, которую многие сочли бы скучной: работа в книжном магазине и отсутствие кавалеров. Отец, мать, брат и жена брата — доктора наук, вовремя защитились, женились, народили детей. А Эля всячески противилась подобной участи. Отпуск в дачном поселке с братом, невесткой и их друзьями — совсем не казался ей привлекательным, тем более что один молодой мужчина из компании явно имеет на Элю виды. И девушка нашла себе занятие, которое сулило ей уединение. Роскошное графское имение, от которого остались одни живописные развалины, много лет назад стало местом двух смертей, тайна которых так и не была разгадана, а что, если попробовать разгадать?
Опасные удовольствия
Незадолго до закрытия книжного магазина в отдел, где работала Эля Белякова, вошёл долговязый молодой человек в очках с рыжеватыми волосами, забранными в длинный хвост, и начал бормотать, что ему нужна книга для одного человека. Таких покупателей независимо от их возраста Эля называла занудами. Она сразу поняла, что от этого молодого человека отделаться быстро не удастся, поэтому следует запастись терпением. Глубоко вздохнув, как перед прыжком в ледяную воду, Эля приступила с расспросами.
— Сколько лет человеку, для которого вы ищете книгу? — для начала поинтересовалась она.
— Э-э-э, дело в том, что у него, точнее, у неё, сегодня день рождения, — пробубнил под нос молодой человек, а затем неожиданно посмотрел на наручные часы. — Она сказала, что родилась в половине двенадцатого ночи, значит, через четыре часа сорок пять минут ей должно исполниться ровно семнадцать лет.
«Хорошо, что обошлось без подсчёта секунд», — подумала Эля.
— Вы пришли в наш отдел, значит, ваша девушка интересуется искусством? — спросила она.
— Ну, я бы не стал утверждать, что она им интересуется, — ответил молодой человек и указательным пальцем поправил съехавшие с переносицы на самый кончик носа очки, — но надеюсь… надеюсь, мне удастся привить ей интерес к нему.
«Вряд ли из этого что-то получится», — хмыкнула про себя Эля, и так как они стояли рядом с полками, на которых располагались книги о музыке, то она предложила обратить внимание на музыкальное направление.
Молодой человек отрицательно покачал головой:
— Видите ли, я бы хотел, чтобы книга была не только о музыке.
— Может быть, опера? — спросила Эля. — В опере ещё и поют. Правда, не только на русском, но и на иностранных языках. В нашем магазине можно приобрести диски с записями известных арий, например, из опер Джузеппе Верди. В последнее время этот композитор стал необыкновенно популярен у покупателей.
Молодой человек снял очки, внимательно посмотрел на них, как будто видел впервые, и признался, что точно не знает, в каких отношениях с иностранными языками находится именинница.
— Тогда балет? Там не поют, зато танцуют. Под музыку, — деликатно предложила Эля.
— Гм, даже не знаю, — вновь надевая очки, сказал молодой человек, — мне бы хотелось несколько большего.
Эля озадаченно уставилась на него.
— Было бы неплохо, — пробормотал молодой человек, — охватить сразу несколько направлений. Дело в том, что в силу некоторых своих увлечений, а также образа жизни, она не слишком часто ходит на выставки или в концертный зал, но… — Тут он снова замялся, а затем произнёс: — На следующей неделе она приглашена в один, э-э-э… так сказать, дом, где хозяева очень хорошо разбираются в искусстве. И мне бы хотелось, чтобы у неё имелось хотя бы отдалённое представление об основах…
Эля не дала ему договорить.
— Я вас поняла, — быстро произнесла она. — У нас есть книга, которая вам точно подойдёт. Называется она «Искусство для „чайников“». Там есть всё: и балет, и опера, и театр. Причём весь материал — в очень доступном изложении.
Эля хотела ещё сказать, что имениннице этой книги хватит на всю оставшуюся жизнь, но не стала этого делать и лишь добавила, что в «Искусстве для „чайников“» много картинок и что текст напечатан крупным шрифтом.
Эля не случайно предложила данную книгу покупателю: она относилась к «Искусству для „чайников“» с предубеждением. И прежде всего — из-за названия. «Как книга об искусстве может так называться?!» — возмущалась она, неосознанно адресуя своё негодование не тем, кто придумал столь глупое и нелепое, как ей казалось, название, а самой книге. Эля была убеждена, что сие типографское изделие позорит её отдел, поэтому уже давно искала случая избавиться от «Искусства для „чайников“».
Молодой человек ненадолго задумался, а затем склонил голову набок. Это движение Эля истолковала как согласие. Взгляд её тут же побежал по полкам, но не нашёл на привычном месте «Искусства для „чайников“». «И куда же эта книга опять подевалась?» — с досадой подумала Эля. За всё то время, что «Искусство для „чайников“» пребывало в её отделе, Эля, пытаясь продать нелюбимую книжку (надо заметить, этот фолиант был довольно внушительных размеров), никогда не находила её на том самом месте, где ей предназначалось стоять. Всякий раз «Искусство для „чайников“» ускользало от Элиных попыток сбыть его какому-нибудь непритязательному и малосведущему покупателю, успешно скрываясь из поля зрения девушки, а на следующий день неожиданно обнаруживалось на других полках, так что Эле постепенно стало казаться, что у «Искусства для „чайников“» имеется шапка-невидимка. Вот и сейчас книга снова принялась играть с ней в прятки.
