Из жизни насекомых полностью

Клития. Люблю тебя! Обожаю!

Бродяга(отмахивается от нее). Иди, иди, проваливай, мерзость.

Клития. С вами скучно. Противный! (Причесывается перед зеркалом.)

Ирис(возвращается, разгоряченная). Пить, скорее пить.

Клития. Где ты была?

Ирис(пьет через соломинку). Там, в саду. Ах, как жарко!

Клития. А где ты оставила Виктора?

Ирис. Виктора? Какого Виктора?

Клития. Да ведь ты улетела с ним.

Ирис. С Виктором? Нет, нет… Ах да, припоминаю. (Смеется.) С ним вышел комический случай.

Клития. С Виктором?

Ирис. Вот именно. Послушай, обхохочешься. Бежит он за мной и все свое «попопостойте!». Хахаха, ты только представь себе!

Клития. Ну, и где же он?

Ирис. Вот я и говорю: летит за мной как очумелый… И вдруг – хахаха! – налетела птица и сожрала его.

Клития. Быть не может!

Ирис. Честное слово! Так, понимаешь ли, фррр, Виктора – и конец… Уж я смеялась! (Падает на подушки, закрывая лицо.)

Клития. Да что с тобой?

Ирис. Хахаха… Ах, эти… эти… эти мужчины!

Клития. Виктор?

Ирис. Нет, Отакар. Виктора сожрала птица… И представь себе, в этот момент влетает твой женишок, глаза вытаращены, весь красный и сразу… Хахаха…

Клития. Что сразу?

Ирис. Сразу ко мне: «Будьте моей! Я люблю вас страстно, гага!»

Клития. Ирис! Как же ты поступила?

Ирис. Хахаха, отстань, отстань от меня! Люблюлюблю, говорит, вас страстно, и вы долдолжны быть моей, моей… моей!

Феликс(влетает со стихами в руке). Клития, стихи готовы. Слушайте! (Читает с невыразимым чувством.)

Ты в сердце влетела,

как в детский хрусталик влетают

лучикистрелы…

Ирис(уткнувшись лицом в подушки, истерически смеется). Хахаха!

Феликс(перестав читать). В чем дело?

Ирис(всхлипывая). Этакий скот! Фу! Бесстыдник! Убить его готова!

Клития. Отакара?

Ирис(сквозь слезы). Теперь… теперь… теперь мне придется откладывать яички. Этакий скот! Я… я… яички! И я буду безобразно выглядеть. Ах, какой он… Хахаха!

Феликс. Вы только послушайте, Клития. Это совсем в новом духе:

Когда тебя встретил – маковым цветом

вся заалела

и робостью одарила поэта…

Это я – ты сказала – ты не знаешь меня…

Я самато себя едва понимаю…

Я – дитя, – вот и цвету! Я – жизнь, – вот и играю!

Я – женщина, – вот и чарую!.. Вся – вопрос! Где ж ответ?

Ирис(встает). Я не очень растрепана, нет?

Клития. Очень. Погоди, милочка. (Поправляет ей волосы, шепотом.) Ах ты, мокрица!

Ирис. Ты сердишься? Хахаха! Отакар великолепен в любви! (Улетает.)

Феликс. А теперь, Клития, самое главное.

Я – дитя, – вот и цвету! Я – жизнь, – вот и играю!

Я – женщина, – вот и чарую!.. Вся – вопрос! Где ж ответ?

Клития. Ах, отстаньте! Эта мокрица! (Улетает.) Неужели нет никого нового?

Феликс(за ней). Да погодите! Вот теперьто и начнется про любовь!

Бродяга. Дурачок.

Феликс. Что это? Тут ктото есть. Вот хорошо. Я прочитаю вам последнюю строфу:

Я – женщина, – вот и чарую! Вся – вопрос! Где ж ответ?..

Отчего, отчего это, белый свет…

Бродяга(замахивается на него шапкой). Кшшш!

Феликс(отлетев в сторону)

Почему, белый свет,

нынче я рдею, что маков цвет?

Бродяга(гонит его). Кшш, кшшш!

Феликс(отлетев еще)

Я ведь женщина, – вот и люблю! Я ведь жизнь, – вот и цвету,

Я – дитя… Я впервые люблю… Мне так мало лет!..

Вы понимаете, все это она – Клития, Клития, Клития, Клития! (Улетает.)

Бродяга(простерши руки к залу). Хахаха. Ах, мотыльки!

Занавес

Стяжатели

Песчаный холмик, поросший редкими стеблями травы, толстыми, как стволы деревьев. Слева нораЖуканаездника, справа щельСверчка. На просцениуме спитБродяга. К одному из стеблей привязанаКуколка. НаКуколкунападает банда насекомыхразбойников: слева выбегаетмелкий Жучоки отвязываетКуколкуот стебля. Справа выбегаетдругой Жучок, отгоняетпервогои пытается утащитьКуколку.Из суфлерской будки выскакиваеттретий, отогнаввторого, тащитКуколку.

Куколка. Я… я… я…