– Живоеды сломали дверь, – выдохнул Феррис.
– Как только мы доберемся до подвала, – прохрипел Малакай, – не останавливайтесь. Следуйте за мной в хранилище. Охранники отвлекутся на нападение в бальном зале. Мы сможем закрыться изнутри, если потребуется.
Они достигли лестничного марша первого этажа. Из-за двери на лестничную клетку донесся приглушенный бешеный лай. Аури замерла, Цуна чуть не врезалась в нее. Она знала этот лай.
Бёрди.
Она взбежала на несколько ступенек, с которых только что спустилась, и схватилась за ручку двери.
– Встретимся в подвале, – крикнула она, распахивая дверь.
– Аури, что ты?.. – Малакай казался раздраженным.
– Бёрди! – Она ворвалась в коридор. На бегу Аури сбросила туфли. В коридоре было жутко пусто, единственным звуком был лай Бёрди.
Аури остановилась у конуры в дальнем конце коридора, где они с Таем были сегодня.
– Тише, – проворковала она, когда вой Бёрди перешел в скулеж. Собака задрожала, челюсти раздвинулись в зевке. – Я здесь, Бёрди. Я здесь. – Трясущимися пальцами она потянулась к двум защелкам. Выругалась и потянулась к ним роботизированной рукой. Она открыла первую и встала на колени, чтобы открыть вторую, как вдруг звук шагов заставил ее замереть.
В конце коридора у лестницы стоял живоед, тот самый мужчина с ПОБ на Медее. Его рот расплылся в слишком широкой улыбке. Из задних коренных зубов сочилась кровь, стекая по нижней губе.
Желчь подступила к горлу Аури, и смутное воспоминание затаилось на задворках ее разума, будто слово, которое вот-вот вспомнишь. Она медленно встала, сделав шаг назад. Ее руки жаждали найти оружие, которое можно использовать против существа. Она оглянулась через плечо и замерла.
В противоположном конце коридора, гораздо ближе к ней, поджидал еще один живоед. Это была женщина. Ее платье было разорвано в клочья, из разреза на отороченной мехом синей ткани виднелось бледное, покрытое пятнами бедро.
Если живоедов уже двое, значит, их будет еще больше.
Сердце Аури глухо стучало в ушах, пока существа принюхивались к воздуху. Сделав шаг вперед, женщина хрипло рассмеялась. Ее каштановые волосы были заплетены в толстую косу, переброшенную за спину, пряди покрыты маслом и запекшейся кровью. В узком пространстве стояла вонь протухшего мяса и застарелого пота. Аури зажала рот.
Бёрди зарычала в клетке, поджав хвост между ног. Ладони Аури сжались в кулаки. Ей нужно пройти мимо одного из живоедов, но какого? Как она справится без оружия?
Монстры приближались к ней, словно волки, дразнящие раненую добычу. Правда, в отличие от волков, у живоедов не было клыков. Их зубы были полностью человеческими. Это означало, что их нападение будет более болезненным, а ее смерть – медленной.
Аури напряглась, пальцы ног сжались на холодном полу. Она не пожалела, что вернулась за Бёрди. Что бы ни случилось, она не пожалеет об этом.
Тай выскочил из лестничного пролета и затормозил в нескольких метрах позади мужчины-живоеда. Свежая рана на виске сочилась ярко-красным, пачкая белый воротник парадной формы. Аури почувствовала слабость от облегчения, но не позвала его.
Испуганные глаза Тая встретились с ее.
Она не произнесла этих слов вслух. Она не хотела, чтобы живоеды преследовали Тая. Даже когда он отступил, качая головой.
Даже когда он побежал в другом направлении, бросив ее.
Она подавилась всхлипом и оглянулась как раз в тот момент, когда женщина-живоед сделала выпад: слишком длинные ногти напоминали скрюченные когти.
Аури уклонилась. Спиной она ударилась о стену напротив конуры, когда оба живоеда приблизились к ней. Бёрди била по клетке лапами, упершись головой в приоткрытую дверь. Она залаяла, ее шерсть стояла колом.
Живоеды встали рядом, почти закрыв Аури от взволнованной Бёрди.
– Пожалуйста, – прошептала она им, не зная, смогут ли они вообще понять. – Пожалуйста, позвольте мне уйти.
Женщина зарычала, делая шаг ближе. Движение возле левого уха привлекло внимание Аури – подвеска-цветок с листком на обратной стороне качнулась на ухе существа. Сестра-близнец серьги Аури.
В голове Аури раздался звон, зрение расплылось, когда в нос ударил аромат сирени.
Зрение Аури прояснилось, когда оба живоеда набросились на нее. Их губы раскрылись и рты превратились в кровавые ямы с почерневшими зубами и полупереваренной плотью.
