Он взглянул на икону и увидел на ней… Себя. Да, это был определенно он! Он, но только почему-то в кольчуге и алом плаще. С нимбом вокруг головы Василий стоял на облаке и сверкающим мечом замахивался на чертей, которые сломя голову бежали от него вниз навстречу адским языкам пламени.
– Он вернулся! – кричала девушка в церкви. – Идёмте! Отец Игнатий! Идёмте все!
Служба остановилась, из церкви выбежали четыре человека и обступили Василия полукругом. Все они были гермафродитами в ярких праздничных одеждах, и все были без повязок на глазах. Священник – гермафродит отец Игнатий – выглядел как пышная дама в зеленой ризе. На груди у него висел большой золотой крест, и близость этого креста сильно беспокоила Василия.
Прихожане долго рассматривали пришельца, полушепотом перекидываясь фразами. Наконец, убедившись, что перед ними стоит тот самый Василий с иконы, отец Игнатий упал на колени, восхваляя Бога:
– Да святится имя Господа нашего за ту милость к грешным рабам его, коей он удостоил нас в столь чудный день, – растекся в благодарностях низким женским голосом гермафродит в священническом одеянии. – Чем мы обязаны такой радостью?
Сульфат переводило взгляд то на одного священника, то на другого, догадываясь, что снова является свидетелем чего-то жутко интересного, только непонятно чего.
– Как хорошо, что Вы к нам зашли! – не дав ответить Василию, сказала девушка-прихожанка. – Сегодня всенощная по случаю тринадесятого праздника.
– Тринадесятого? – переспросил Василий.
– Да, «Изгнание Диавола во Ад», – наперебой принялись объяснять девушка и остальные прихожане, которых Василий про себя определил мужчинами за то, что они были без головных уборов, хотя и внешне, и по одеянию больше смахивали на женщин. – Ведь в этот день преподобный Василий Избавитель изгнал и запер в Аду всё воинство Дьявола! Наша церковь посвящена этому великому празднику!
– Было пророчество, что Ваше возвращение станет предзнаменованием второго Пришествия Христа, – с радостью добавила девушка и еще раз попыталась затянуть Василия в церковь – видимо, по праву первой она считала, что имеет на него особые права. – Вы должны присутствовать на нашей службе!
Василий снова деликатно освободил свою руку и обернулся к Сульфату.
– Сколько сейчас времени? – негромко спросил он.
Сульфат, чувствуя важность события, бегом бросилось к автомобилю и переадресовало вопрос всезнающему «Лару».
– Один час двадцать шесть минут, – закатив глаза от усердия, повторило слова «Лара» Сульфат.
– Пять минут, – расстроено прошептал Василий. Он уже не хотел никуда ехать, а лишь сожалел, что осталось так мало времени, чтобы побыть здесь.
– Давайте! Посмотрите, какой у нас кафедральный собор! – не отставали прихожане.
– Кафедральный собор? – Василий ещё раз взглянул на эту небольшую часовню.
– Ну да! – радостно сообщил один из гермафродитов-мужчин. – Другие-то церкви в этот час закрыты. Всенощные проводятся только в кафедральных соборах.
– И это весь ваш приход?
– Что Вы! – радостно ответила девушка. – Днем здесь собирается аж до двадцати человек. Это всенощную стоять долго.
– Скоро всенощные бдения вообще будут отменены! – авторитетно заявил святой гермафродит Игнатий. – И все службы будут отменены! А как же! – всплеснул он руками. – Пророчество сбывается, да уже и сейчас люди в Божьей Благодати живут! Благодаря Вашим страданиям в Аду за всех нас на Земле больше нет ни воин, ни раздоров, нет нужды, нет преступлений, нет смерти – человек живёт вечно и пользуется всеми чудесными благами, дарованными Господом нашим. Разве не это обетовал нам Иисус Христос?! Мы живём в согласии с природой, не нарушая его. Человек избавлен от необходимости зарабатывать свой хлеб – он свободен, свободен как никогда ранее, и теперь не просто может полностью посвятить себя Богу, он живёт в Боге! Так скажите, зачем теперь молитвы, посты, монашество? Скоро и церкви закроют, и это ознаменует наступление Царствия Небесного! Господи, надо поскорее сообщить всем о Вашем пришествии!
Василий молчал, глядя себе под ноги.
– Вам следовало уходить с места аварии, – вдруг послышался за спиной знакомый строгий, но нежёсткий голос.
Василий обернулся. За ним, заложив руки за спину, стоял тот пожилой полковник из охранной службы и смотрел на него недовольным взглядом. От этого взгляда Василию сделалось стыдно, как мальчишке, который прогулял школу и был пойман на месте преступления.
– Велено доставить Вас в Серверную к руководству ГПК, – сообщил полковник холодным равнодушным голосом, в котором, однако, звучали нотки сожаления.
– Как здорово! – воскликнула девушка-прихожанка. – Это совершенно правильно! Святой Василий Избавитель обязательно должен быть представлен нашему великому директору.
Окружающие с ней согласились.
– Кто это у нас «Святой Василий»? – полковник оглядел присутствующих.
– Да вот же! – воскликнул отец Игнатий, указывая на Василия и на икону над входом. – Он поднялся к нам из Ада.
