– Это летающая машина, – покачал головой Будимир. – Она отличается от других лежащих здесь машин.
– Чем? Цветом?
– Нет, запахом.
– Ты думаешь, на ней прилетели те, кто разбомбил эту танковую армаду?
Будимир молча кивнул.
Ростислав хмыкнул, более внимательно разглядывая «блюдце». Оно действительно отличалось от остальной военной техники неким неуловимо тонким ароматом чужеродности и угрозы. Существа, создавшие «летающее блюдце», явно мыслили иначе, злее, чем те, кому принадлежали остатки разбомбленной армии.
– Так где же твои светящиеся объекты?
– Внутри, – кивнул на «блюдце» Будимир.
– Проверим.
Они спустились с холма в низинку, окунулись в тень летательного аппарата, край которого нависал над бугристой землей ощутимо массивной глыбой.
– Постой тут, – сказал Ростислав, всматриваясь во мрак пробитой в днище аппарата дыры.
– Я с вами, – не согласился мальчик.
– Ладно, полезли вместе.
Глаза начали различать внутренности отсека, стенки, какие-то плоскости и трубы. Ростислав подтянулся на руках, закинул ногу за край дыры, потом вторую, стараясь не зацепиться за фестоны расплавленных краев отверстия. Перебрался в отсек, протянул руку Будимиру Оказавшись внутри аппарата, они некоторое время осматривались, потом обнаружили овальный люк в стене помещения и с некоторым трудом проникли в соседний отсек, мало чем отличающийся от первого: та же необычная планировка, переплетение труб и плоскостей, теснота.
Еще один люк – в потолке.
Ростислав просунул голову и увидел полусферическое помещение, освещенное сквозь полупрозрачный купол потолка дневным светом снаружи. По-видимому, это была кабина управления «блюдцем». В центре кабины располагалось полураскрывшееся цветком тюльпана сооружение, напоминающее кожистое яйцо высотой около полутора метров. Внутри яйца виднелось что-то белое, похожее на ежа в обрамлении гофрированных шлангов.
– Хозяин, – пробормотал Ростислав. – Точнее, скелет пилота. Ну, и где тут что светится?
– Внутри этого кокона.
Ростислав осторожно приблизился к пилотскому яйцу-креслу; пол кабины был наклонным, и идти по нему было трудно. Вблизи окончательно стало ясно, что внутри кокона действительно находится высохший труп пилота, ничем не похожего на человека. Ростислав с содроганием потянул вниз один из лепестков кокона, и тот рухнул вниз облачком синеватой пыли. Обнажился необычной формы блестящий карман, из которого торчала самая обыкновенная с виду палка толщиной в человеческий палец, серебристого цвета с перламутровым отливом.
– Ты не эту штуковину имел в виду?
– Да, – тихо подтвердил Будимир. – Это вардзуни... и у него еще сохранился заряд... хотя и маленький... Ростислав выдернул палку из кармана и чуть не выронил – руку свело как от легкого электрического разряда.
Палка оказалась коротким копьем с острым, льдисто-мерцающим наконечником.
– Вспомнил, твой дядя Толя рассказывал об этом оружии. Оно пробивает любой металл.
– Вардзуни метает особые молнии, которые разрушают молекулярные связи вещества. Но им может пользоваться не каждый человек.
– Оно имеет встроенный опознаватель свой-чужой, – догадался Ростислав. – Это нам знакомо, у меня пистолет с такой штучкой. Захватим вардзуни с собой, вдруг пригодится.
Он обошел кресло пилота, обрывая лепестки кокона, однако больше ничего похожего на «полезные предметы» не обнаружил, а копаться в мумии пилота не хотелось.
– Пошли отсюда, ничего здесь больше нет, да и атмосфера душная. Интересно, к какой цивилизации принадлежит этот «осьминог»? Не Великий игва, случайно?
– Великие игвы были многомерными существами, способными принимать любой облик. Папа говорил, что убить их почти невозможно
– Тем не менее, судя по рассказам твоего учителя, твой папаша сумел замочить аж трех Великих.
Будимир свел брови.
– Он защищался.
– Я пошутил, извини. Сам не раз попадал в ситуации, когда без жесткого отпора никак было не обойтись. А твоего отца я очень уважаю. Пройти Путь Меча так, как сделал он, дано лишь исключительно сильным личностям.
Будимир порозовел, благодарно посмотрел на спутника. Ростислав понял, что с этого момента он занимает в сердце мальчишки далеко не последнее место.
Они вылезли из сбитого летательного аппарата наружу. Ростислав приторочил «копье» вардзуни за спиной, чтобы его удобно было выдернуть за древко, отдал Будимиру лукошко с яйцами, и путешественники двинулись через унылое пространство мертвой равнины, на которой уже много лет ничего не росло кроме чахлых кустиков травы. Обошли центр поля, по которому был нанесен наиболее мощный удар: воронки там сливались в один глубокий многодырчатый кратер. Ни одна машина хаббардианцев там не уцелела. Затем начали встречаться разбросанные по холмам обломки, пустые корпуса, а у лесной опушки – совершенно не тронутые с виду механизмы, похожие на танки, пусковые ракетные установки и бронетранспортеры.
