Что ж, надеюсь, он поймет шифр и наложит на дом новое Заклятие Доверия. Кричать об этом открыто было бы рискованно: Пожиратели Смерти могут оставить здесь людей. Но, вроде бы, за мной рванули все. Я выскочил на улицу и побежал. Люди смотрели на нас обалдевшими глазами, но это никого не волновало. Я бежал, уворачиваясь от разноцветных лучей заклятий. В этом и состоял мой план: увести Пожирателей Смерти как можно дальше, чтобы наши сторонники успели нанести новое Заклятие Доверия, и Виолетта была бы в безопасности. Сумасбродно и даже немного суицидально, зато менее катастрофично. И, главное, все это делается ради нее. Ради девушки, которую я люблю больше собственной жизни. Люблю до последнего вдоха.
О, Вилу, если бы я знал, почему ты меня поцеловала! Сначала дома, теперь здесь. Почему ты так поступаешь со мной?! Разве не видишь, что мне и так больно?! Больно от того, что моя любовь навсегда останется безответной. Что бы ни произошло, я буду уверен в этом. Может, ты поцеловала меня под воздействием какого-то импульса? Может, просто думала, что видишь в последний раз?! Может, хотела дать мне стимул к жизни? А только я уверен, что ты никогда не сможешь полюбить меня! Никогда! Я бежал все дальше, виляя по проулкам и надеясь, что не наткнусь на тупик. Это было довольно сложно, если учесть то, что я, вообще, почти не был знаком с Лондоном. Тем более, с Лондоном тысяча девятьсот девяносто пятого года (мы ведь в этом году, правда?!) Но пока все обходилось. Я бежал и бежал, невольно чувствуя, что силы начинают оставлять меня. Темп бега существенно снизился, Да и уворачиваться от заклятий стало труднее. Спасало то, что Пожиратели Смерти, казалось, были еще слабее физически. Наверное, у волшебников спорт — штука не такая важная. А что? Ведь есть магия. Ой! Одно из заклятий просвистело в миллиметре от моего левого уха — чудом не попало! Ха! Интересно, а как эта котовасия выглядит в глазах обычных людей?
О, нет! Тупик! Дьявол! Что делать?! Пожиратели нагоняют! Ага, вот оно, высокое здание! Ну, что ж, выбраться из этой переделки живым я уже не смогу. Зато не предам Виолетту. Все ради тебя, любовь моя! С этими мыслями, я забежал внутрь и рванул вверх по лестнице. На миг наступила тишина. Затем, снизу раздался топот множества ног вперемешку с ругательствами. Но это уже неважно. Вот и верхний этаж. Окно закрыто, но ничего, справлюсь. Так. Разбежаться. Надеюсь, здесь достаточно высоко, чтобы разбиться насмерть. А то мне что-то совсем не улыбается перспектива угодить в логово Волан-де-Морта, да еще с переломанными конечностями…
Прости, мама! Ты потеряла дочь, а теперь и сына! Бедная мамочка! Ты всегда была для меня другом, как и для папы. Забавно. Я всю жизнь искал его убийцу, а теперь погибаю в девяносто пятом году, да еще и в Лондоне, удирая от волшебников. Рассказать — никто не поверит! Но ведь тебе, мам, от этого легче не станет. Если вспомнить, с каким лицом ты смотрела на меня, когда я сказал о гибели Бьянки. А теперь погибаю уже я. Прости, мама! Люблю тебя! Эрнесто, дружище! Прости меня! Ты полтора года считал меня погибшим. А теперь, похоже, снова меня таковым объявлять. Только, похоже, теперь навсегда. Успокой ребят, если сможешь! Прощай, мой верный соратник! Гэб, милая! И ты тоже прости меня! Я не выполнил свое обещание. Просто не смог. Пытался. Но, увы, не получилось. Прикольно. В прошлый раз я грохнулся с водопада. А теперь полечу с крыши. Какой, кстати, этаж? Шестой? Седьмой? Не считал. Да и неважно. Гэб, родная, прощай! И не вздумай снова впадать в апатию! Люблю тебя, Котенок! Энрике, брат! Господи, что же с тобой будет, когда я не вернусь после всей этой волшебной канители?! Даже представить боюсь! Ведь ты так привязан ко мне! Да и я к тебе, если по правде. Брат за брата. Кодекс чести, помнишь? Я никогда не забуду нашей клятвы. Ведь и ты о ней помнишь, правда, братишка? Прости меня! И прощай!
Виолетта. Вот и настала твоя очередь, моя милая, родная и любимая Вилу! Прости меня! Я обещал тебе вернуться, но не сумел. А может, оно и к лучшему. Я умираю с твоим поцелуем на губах, и больше мне ничего не нужно. Но как я тебя люблю, Вилу! Больше всего на свете! И пусть, ты меня никогда не полюбишь, силы моей любви это, конечно, не уменьшает. Прощай, любимая!
— ВИОЛЕТТА, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! — заорал я и с разбегу выпрыгнул из окна.
И все. Смерть.
Комментарий к Глава 37
Дорогие мои! Решила сегодня порадовать вас еще одной главой, а вот со следующей сказать ничего не могу. И насчет сюжета тоже. Это будет зависеть от того, как пройдет сессия.
========== Глава 38 ==========
