«О ней стихи навзрыд не сочиняем»И в наших снах ее благословляем,Но в ладанках не носим на груди.Зачем? Она у нас — в сердцах,Недосягаемый и драгоценный прах —Тот, что не ждет нас впереди,Когда в чужую землю ляжем,Что нам не мачеха и не родная мать.(А ваших слов о «Купле и продаже»,признаться, не могу понять.)Болея и сгибаясь под тяжелой ношей,Мы помним хруст в зубах ее песка,И грязь и снег на маленьких калошах…Но мать отвергла нас и ныне далека.А мы, рожденные и вскормленные ею,Мы смеем звать ее, как вы, — своею.<p><strong>Переводы из американских поэтов</strong></p><p><strong>Эмили Дикинсон (1830–1886)</strong></p><p><strong>«Скучают ветры. Жарко. В пальцах…»</strong></p>Скучают ветры. Жарко. В пальцахЯ клад держу,И говорю пред сном: «Мой каменьЯ удержу».Но самоцвет из честных пальцевИсчез во сне;Лишь аметистовая памятьОсталась мне.<p><strong>«Чтобы сделать поляну, нужен трилистник…»</strong></p>Чтобы сделать поляну, нужен трилистникИ одна пчела, —Один трилистник и пчела,И еще — мечта.Но довольно и мечты,Если нет пчелы.<p><strong>«Жизнь пред концом кончалась дважды…»</strong></p>Жизнь пред концом кончалась дважды.Жду, думая о дне,Когда Бессмертие покажетСобытье третье мне,Что так огромно, непонятно,Как те, что были дважды.Разлука — всё, что мы о рае знаем,Чего от ада жаждем.<p><strong>«Я к ней не шла, но Смерть меня…»</strong></p>Я к ней не шла, но Смерть меняЛюбезно посетила;Карета только для троих, —Бессмертье с нами было.Мы тихо ехали, — онаБыла нетороплива.Я бросила досуг и труд,Чтоб тоже стать учтивой.В пути мы миновали школу,Играющих ребят;Потом поля в зерне тяжёломИ солнечный закат.Пред домом стали. ПоказалсяОн небольшим холмом;Карниз под еле видной крышейБыл только бугорком.Прошли века: но всех длиннейБыл день тот бесконечный,Когда увидела коней,Глядевших в вечность.<p><strong>«Ты мне оставил два наследства…»</strong></p>Ты мне оставил два наследства.Одно — любовь, мой клад;Такой любви сам Царь Небесный,Я верю, был бы рад.Ты дал мне боль, что бесконечна,Широкая, как море,Меж временем и вечностью,Твоим сознанием и мною.<p><strong>«За красоту я умерла…»</strong></p>За красоту я умерла.Чуть улеглась в могиле,Как в смежной комнате борцаЗа правду положили.Спросил, за что осуждена?«За красоту», сказала.«А я за правду — суть одна;Мы — братья», услыхала.Как братьям ночью, было любоПерекликаться нам,Покамест мох не тронул губы,Покрывши имена.<p><strong>«Меня и пчёлка не боится…»</strong></p>Меня и пчёлка не боится,Мне мотылёк знаком;Лесной народ меня встречаетС радушьем и теплом.При мне ручьи смеются громчеИ ветрам дуть не лень.Зачем в глазах сребрится дымка?Зачем, о летний день?<p><strong>«Сказать я саду не могла…»</strong></p>
