— Отлично! — не сдержал я довольной усмешки, когда перед глазами появилась магическая карта. Её детализация была очень схематичной, но в данный момент это мне было не важно. Следящая сеть существовала не для этого.
Ещё пара корректировок. Замечательно!
Как хорошо, что я повесил метку на Амелию, и теперь могу отыскать её. А вот что было «не хорошо», так это то, что девушка была далеко. Радиус действия Паутины был не очень большим, и метка тянулась куда-то в сторону. За пределы города.
— Ла-а-адно… — пробормотал я. — Не все так плохо. По крайней мере, я знаю направление.
Развеяв заклинание, я подозвал к себе Фокса.
— Слушай, дружок… мне нужна твоя помощь, и боюсь, это тебе не понравится.
То, что я задумал, было определенно плохой идеей, но иного выхода из данной ситуации я не видел. Оковы сидели плотно, просто так не высвободится, но… способ был. Очень болезненный способ.
— Давай, — кивнул я, стиснув зубы.
Фокс вцепился зубами в мой палец и резко повысил температуру собственного пламени.
— А-а-а-аргх! — завопил я, тут же начав погашать боль.
Все длилось секунд двадцать, но казалось, что прошла целая вечность. И вот от моего большого пальца почти ничего не осталось.
— Да! — прорычал я, освобождая руку. Фокс тут же подошел ко второй моей руке, собираясь помочь. — Погоди-погоди!
Вначале я осмотрел собственную руку. Без большого пальца она казалась странной, и у меня были серьезные опасения насчет того, что отрастить потерянный палец будет сложно. А Фокс молодец, сделал все аккуратно. Рана прижжена, я почти не потерял крови.
— Давай… — втянул я носом воздух, и вновь стиснул зубы.
Лишаться второго пальца было так же больно, как и первого, но песенка, которую я напевал в голове, спасала. В какой-то момент мне вообще показалось, что я оказался где-то далеко. Но неожиданно все кончилось.
— Ты молодец, можешь идти, — поблагодарил я лисенка. — Дам тебе в следующий раз что-нибудь вкусное.
Фокс на прощание тяфкнул, словно говоря, что запомнит мои слова, и исчез. Я же с отвращением глянул на собственные руки. Прижжённые раны все ещё болели, но сейчас эта боль подавлялась легко.
Прежде чем я успел прийти в себя, послышался шум за дверью. В голове сразу возник десяток вариантов того, как поступить. Выбрал я самый простой — вернулся на свое место. Только немного сместился, чтобы отсутствие пальцев не было заметно.
Дверь распахнулась, и на пороге возник тот самый стражник с подносом в руках. Причем он улыбался так гаденько-гаденько.
— Что-то тут палёным пахнет, — нахмурился охранник, покрутив головой. Но ничего подозрительного не заметил. Я по-прежнему находился в оковах и даже не пытался дергаться.
— Ну, как, проголодался? — поинтересовался он, а в глазах играл очень недобрый огонек. Да и тон такой ласковый, доброжелательный. Аж тошно. — А я вот со жрачкой пришел. Ой…
Он крайне наигранно уронил поднос неподалеку от меня.
— Ох, какой я неуклюжий, — все так же изображая заботу, покачал он головой. — Кажется, я разлил всю твою похлебку. Какой ужас. Но голодным тебя оставлять не стоит…
Он усмехнулся, после чего подобрал миску, поставил её на пол, а затем спустил штаны и, повернувшись ко мне волосатым задом, попытался туда насрать.
Вот урод! Это-ж каким надо быть мудаком, чтобы такое придумать!
— Ещё тепленькое… — приговаривал он, тужась. — И чтобы все съел! Иначе завтра вообще ничего не получишь! Хехехе…Или получишь добавки.
Сбросив легкое оцепенение, я без труда высвободил руки из оков и почти бесшумно приблизился к этому моральному уроду, который на полном серьезе собирался скормить мне свои фекалии.
— Ты уж извини, но я предпочитаю совершенно другие блюда… — прошептал я ему на ушко. Тоже очень нежно и многообещающе. И прежде чем мужчина успел хоть как-то на это отреагировать, я вонзил ему зубы в шею.
Охранник задергался и попытался меня сбросить, но я прилип к нему словно пиявка и с каждым глотком я становился только сильнее. А он слабее. В конце концов силы оставили его, и охранник просто рухнул, заливая пол камеры своей кровью.
— Тьфу, — сплюнул я его кровь. Ужасный вкус, словно и в крови у него сплошное дерьмо.
Но, не смотря на это, я ощущал несказанное наслаждение. Словно я все это время страдал от сильнейшей жажды, которую, наконец, удовлетворил. И это было просто великолепно.
Ещё… Хочу ещё… Кровь Амелии наверняка невообразимо вкусная.
— Максимилианчик? — послышался удивленный голос рядом, и лишь сейчас я заметил стоящую в проходе Валессу с ключами в руках. — А я тебя спасать пришла…
Её голос звучал немного огорченным, а уж какого было мне. Мне пришлось собственные пальцы сжигать, чтобы освободиться! А оказывается, если бы я не рыпался ещё минут двадцать, то она бы меня вытащила.
Очешуенно!
— Ты злишься? — не поняла она.
— Нет, я в норме, — покачал я головой, а в голове крутилась только одна мысль — где бы взять ещё крови.
— А я смотрю, ты с ним неплохо так порезвился. И очень надеюсь, что ты не собирался его… после того как осушил.
