Благодаря маячку глава дома в любой момент мог выяснить, где именно находились его близкие.
Бегло осмотрев артефакт, Хэммир облегченно выдохнул. Этот артефакт был старого образца, без функции контроля жизнедеятельности. Они в последнее время входят в моду, но стоят на порядок дороже более простых моделей.
— Как же повезло, что Тагома такой скряга, и вместо артефактов надеялся на свое имя, — Но, не смотря на сказанное, репутация дома Тагома выступала лучшим щитом от любых неприятностей. Год назад средний сын Тагома поучаствовал в драке и потерял зуб. Напавший на него был не из последних домов, но даже родство с другим Великим домом не помогло. Несчастного эльфа так и не нашли — он попросту пропал. Но ни у кого не оставалось сомнений, что именно дом Тагома приложил к этому руку.
— Ты, — Маома указал на одного из рабов. Кажется, тот был трехранговым. Имени он, разумеется, не знал, поскольку никогда не удосуживал себя запоминанием рабов, которые скорее всего умрут через бой-другой. Для него они были не слишком отличимы от обычного Мяса, что мрет на Арене каждый день. — Снимай свой плащ.
— Плащ, господин?
— Быстро!
Раб подчинился и послушно протянул его своему хозяину. Затем Маома приказал завернуть труп в него.
— Богопоклонник. Ты её понесешь. И думаю, тебе-то не стоит напоминать, что будет, если её узнают.
— Будет исполнено, господин, — приказом эльф явно был не доволен, но едва ли это можно было заметить по его «каменной» роже.
— А что делать мне, господин? — спросил раб, оставшийся без плаща.
— Пойдешь отдельно от нас, — хмыкнул Маома. — Пройдешь через площадь Амторра, затем к дому Латтера, неподалеку от которого и выкинешь это, — Хэммир вручил рабу маленький шарик артефакта, — после чего вернешься назад в поместье. Если тебя обнаружат, избавься от артфеакта, но чтобы никто не заметил, и беги. Если поймают, скажешь, что сбежал, и тебя должны будут доставить обратно. Но для твоего же блага лучше, чтобы тебя не поймали, ведь беглеца я буду вынужден публично наказать.
— Я понял вас, господин. Меня не поймают.
— Очень хорошо. Иди.
— Ну, как все прошло? — не успел Хэммир войти в свое поместье, как на него тут же набросилась Амрория. Эльфийка обняла и поцеловала мужа, но заметив, что он не отвечает на её ласки, отступила и, нахмурившись, посмотрела супругу прямо в глаза.
— Всем выйти, — приказал Маома. В комнате остались только трое: он, Амрория и Эвраил Фатима, по-прежнему несший труп на плечах.
— Это что, тело? — заметила эльфийка.
— Покажи ей.
Богопоклонник кивнул и, положив труп на пол, откинул плащ, давая возможность госпоже рассмотреть, кого именно они принесли в дом.
— Это… Тиффиния Тагома!? — побледнев от ужаса, спросила Амрория.
— Да.
— Но… Как это возможно!? Ты хоть понимаешь, чем это нам грозит!? — на эльфийку накатил настоящий ужас, отчего Хэммиру пришлось прижать супругу к своей груди и погладить по длинным светлым волосам, чтобы успокоить.
— Как… такое вообще могло произойти? — немного взяв себя в руки и отстранившись от мужа, произнесла Амрория, стараясь не смотреть на тело мертвой эльфийки.
— Я не знаю. Один из наших рабов, которого я оставил на страже, сказал, что она была одна.
— Тагома не ходят одни! — категорически не согласилась супруга.
— Скажи это ей, — фыркнул Хэммир, указывая на покойницу. — Она была одна. И раб, следуя моему ранее отданному приказу, избавился от свидетельницы.
— И что мы будем делать? Оставлять её гнить тут уж точно не вариант. Кстати… ты избавился от следящего артефакта?
— Ещё утром. Один из рабов должен от него избавиться и вернуться назад.
— Лучше было бы его уничтожить, — поморщилась первая супруга.
— У меня не было с собой ничего, что способно было бы разрушить его оболочку. А рисковать и приносить его в дом я не собирался. Пусть лучше его найдут где-нибудь далеко, чем последней точкой станет наш дом.
Ночь Хэммир провел без сна, даже не смотря на воздействия умиротворяющего артефакта, который должен был создавать гармонию в его внутреннем мире и дарить покой. Но, похоже, нервозность эльфа превосходила возможности артфеакта. Поэтому, желая немного снять напряжение, он овладел Амрорией, а затем и Теоланией.
Последней было решено ничего не говорить о том, что случилось с младшей дочерью Тагома. Не то чтобы Хэммир не доверял второй супруге, но чем меньше эльфов было в курсе случившегося, тем лучше. Он бы и от знающих о случившемся рабов избавился, но как назло половина из них была весьма перспективна, и избавляться от таких было бы слишком большим расточительством. Особенно от того, кто владел божественной силой.
В любом случае, Хэммиру было достаточно лишь захотеть, чтобы лишить их жизни, так что в их же интересах молчать о случившемся.
Закончили они под утро, и к тому времени настроение у эльфа немного улучшилось. Труп они спрятали в одну из старых тайных кладовых, оставшихся ещё от отца Хэммира, так что случайно наткнуться на него не должны. А пока они придумают, как лучше избавиться от тела.
