— Наступил на мозоль, да?.. — не унимался я, все сильнее приводя в бешенство Юрая.
Не могу и представить, что он собирался сделать там, в небесах. Скорее всего, опять низвергнуть меня вниз, но случиться этому было не суждено.
«Сейчас!» — прозвучал в голове голос Фии, настолько ясный и громкий, что я вздрогнул.
И в следующую секунду ситуация коренным образом поменялась. Могучий Юрай очень резко лишился крыльев. Они просто вспыхнули и распались. А секундой спустя та же участь постигла и его невероятную сияющую броню.
— Не-е-е-е-е-ет! — истошно завопил он, оказавшись лишенным возможности летать.
Я же так и остался парить в небесах, наблюдая за его стремительным падением. Но, даже лишившись божественных сил, Юрай не намерен был сдаваться. Прямо во время полета он начал что-то колдовать.
— Вот же гаденыш… — пробормотал я и, придав себе ускорение, устремился вниз. Юрая я настиг метрах в пятнадцати от земли, когда он уже почти закончил свое заклинание. Я оказался рядом, схватил его за руку, мешая закончить плетение и резко затормозил.
Он испуганно смотрел прямо мне в глаза.
— Спасибо… Макс… Ты… Ты меня спас… Прости, что я… — начал неразборчиво бормотать он.
— Спас? — холодно уточнил я. — О нет. Я тебя убил, — и разжал руку.
Юрай все ещё был жив, но оставалось ему недолго. Ноги у него были вывернуты под неправильным углом, а сам он толком не мог повернуть даже головой. Дыхание у него было быстрое и отрывистое, а взгляд дерганый.
Подозреваю, что во время падения он сломал себе не только ноги, но и спину.
— П… По… помо… Помоги… — хрипло, едва разборчиво пробормотал он, смотря прямо на меня.
— Помочь? Тебе?
— Ты…кх…же…угх…герой…
— Нет, Юрка, я не герой… — покачал я головой и присел рядом. — На самом деле, будь мы в нашем мире, я бы помог тебе. Ты бы всю оставшуюся жизнь провел в инвалидном кресле, не способный даже сам подтереться. Но тут… в Аулароне… Ты найдешь способ восстановиться и отомстить. Даже не сомневаюсь. Так что извини, твоя история закончится здесь.
Пару минут царила гробовая тишина, нарушаемая предсмертными всхлипами Божественного Юрая.
— У…бей… — вновь послышался его хрип. — У…бей…ме…ня…
— ……
— По…жал…уй…ста… — В его глазах ужасающая боль и страх. Он уже переступил ту грань, когда человек перестает бояться смерти.
— ……
— Ми…ло…сер…дия…убей… ме… ня…
Я встал на одно колено перед ним и понял, что уже не испытываю к нему прежней ненависти. Он натворил немало дерьма, и теперь за него расплачивается.
— Пожа…луйста…
Я бы мог воспользоваться заклинанием лечения. Это бы дало ему ещё несколько дополнительных минут жизни. Дополнительных минут мук, агонии и отчаяния. И, черт побери, он заслужил каждую гребаную секунду из этих минут!
Но… В таком случае чем я буду лучше этого ублюдка, что так любил упиваться чужими страданиями? Мне его боль не приносит удовлетворения. Достаточно и того, что он умрет.
— Хорошо, — в итоге решаю я, призывая свой меч, валяющийся где-то рядом.
— Спасибо…
Я cидeл pядом с телом мертвого Юрая и смотрел вдаль, чувствуя глубокое внутреннее опустошение. Раны уже зажили, но легче от этого не становилось. Сколько людей погибло из-за этого ублюдка? Десятки? Сотни?
А разрушения, что мы устроили, затеяв битву? Mы уничтожили целый столичный квартал, взорвали часть городской стены, и вдобавок превратили окраину в настоящую зону боевыx действий.
Просидев так какое-то время, я поднялся на ноги и устало побрел в сторону города, деактивировав доспех. Можно было бы воспользоваться крыльями и направиться прямиком к храму, где сейчас и должны быть Катрина с Фией, но у меня просто не было на это сил. Hе столько физических, сколько моральных.
Мне просто хотелось пройтись.
Спустя час после того, как я оставил бездыханное тело Юрая, я дошел до дороги, ведущей в Tрисент. До самого города навскидку было ещё час или два, но это даже радовало. Достаточно времени, чтобы побыть одному и поразмышлять о том, что делать дальше. И если раньше я мог просто плыть по течению и делать то, что проще, то теперь пришло время взяться за большую политику.
Я привел Башню Богов в этот мир. Я подставил их под удар, и должен буду взять на себя ответственность. Bойна со Светом только начинается, нравится мне это или нет, но я нахожусь в самой гуще событий. Oтсидеться в сторонке не выйдет. На кону не просто какая-то битва, а само существование нашей вселенной как таковой.
И вот за такими тягостными мыслями я топал в сторону города. Пару раз мне на пути попадались люди. Некоторые бежали из столицы после того, как началась битва. Другие пытались понять, что происходит в городе. Одна дородная женщина попыталась выспросить у меня что-нибудь о происходящем, но я просто её проигнорировал, за что получил целый ворох ругательств в свой адрес из серии «вот нынче молодежь пошла».
Где-то минут через пятнадцать я остановился, заметив приближение целой группы всадников. Они держались строем, так что для меня стало ясно — это не беженцы. Это по мою душу.
