— Ты прав. — Борланд поёрзал на стуле. Он оборвал не одну человеческую жизнь, но вот говорить об этом с кем-то, кроме собственного внутреннего «я», раньше не приходилось. — На пути сюда я стал свидетелем поединка магов. Они, должно быть, из-за медальона и подрались, это мне только что на ум пришло. Их было двое — старый и молодой. Старик погиб, а я прикончил его убийцу и забрал барахло, что у них при себе было… Вот, собственно, и вся история.
— Ох, что ж ты раньше мне об этом не рассказал? — Впервые за все время их знакомства Заффа выглядел обеспокоенным. — Опиши тех магов. Как можно подробнее.
— Ну… Старый маг — он и есть старый маг. В белой мантии, седой, борода чуть ли не до пояса… От него, правда, мало что осталось — скелет один. Собственно, Пентакль был у него.
— Погоди-ка… — Заффа вытаращил глаза. — Молодой маг убил старого? Взял верх над более опытным волшебником, да еще имеющим при себе Пентакль Света? Нет… Этого не может быть. То есть теоретически, конечно, и первокурсник Академии может прихлопнуть хоть самого Дорнблатта. Перехитрить, обмануть, оказаться быстрее, подло ударить в спину, наконец. Но маг, у которого есть Пентакль, — он же практически неуязвим! Разве только против него выступит обладатель Венца Мрака. Но там, где случилось описанное тобой, не могло быть Венца! — Заффа с надеждой посмотрел на Борланда. — Ведь правда? Его там не было?
— Не было там никакого Венца, — буркнул тот. — Я говорю лишь о том, что видел. Они все время бились на равных. И в итоге тот маг, что был моложе, прикончил-таки старика. Запустил в него огненным драконом.
— Драконье Дыхание, — прошептал Заффа. — Очень красиво выглядит со стороны, но является вредоносным заклинанием чудовищной силы.
— Вредоносное, да уж. Я это видел. «Смертоносное» — было бы куда более подходящим словом. Да, забыл сказать: когда я только увидел их, они не дрались. Стояли на поляне и мирно беседовали. А потом тот, молодой, словно с цепи сорвался…
— Они были вместе?! — Заффа даже привстал. — Кажется, я начинаю понимать, что там на самом деле случилось. Ты слышал, о чем они говорили?
— Нет. Был слишком далеко. Я видел только, как они рассматривали карту.
— Гадальную или карту местности?
— Да вот она. Сунул в карман, не знаю даже зачем. Разбойничья привычка, — ухмыльнулся Борланд, доставая потрепанный бумажный листок.
Заффа развернул карту и пробежался по ней взглядом.
— Здесь указан наиболее безопасный маршрут движения в… Заболевшую Землю, — сказал он неестественно тихо. — Ох, ну как же я сразу-то не догадался. Дурак, и не подумал даже о том, что такие вещи не могут просто так валяться на дороге… — Заффа грузно опустился на стул, достал носовой платок и вытер взмокший лоб.
— Что? — Борланд недоуменно уставился на него. — Что-то идет не так?
— Все идет не так, братец мой разбойник! — К Заффе вернулась знакомая иронично-флегматичная манера вести беседу. — Мы с тобой думаем, что наша главная головная боль обитает на Кладбище криков, а на самом-то деле… Знаешь, кем был тот седой волшебник?
— Он сгорел раньше, чем я успел спросить его имя. И со вторым тоже не вышло полноценного диалога. Хотя… он откуда-то знал, как меня зовут! — Вспомнив об этом, Весельчак снова ощутил тот же липкий страх, что и тогда, на поляне.
— Вот даже как? — Заффа почему-то заулыбался. — Скажи-ка, Борланд, а есть ли среди твоих врагов какой-нибудь могущественный черный чародей?
Тут и вспоминать не пришлось.
— Есть, — помрачнев, произнес Борланд. — Лангмар. Убийца моего учителя Рангвальда. Постой-ка… — Внезапная догадка осенила Борланда. — Дистанционный контроль над чужим телом — его излюбленный прием! Он и с Рангвальдом расправился чужими руками. Мне еще повезло, что не моими. Выходит, это Лангмар управлял тем магом?
— Наверняка сказать не могу, но — скорее всего, — развел руками торговец. — Именно поэтому исход битвы был столь печальным для старого мага. Ему противостояли сразу двое волшебников, тогда как он думал, что бьется лишь с одним, и не прибегал к помощи Пентакля. Да, я забыл сказать, кого же ты видел. То был Ангус, глава Дома хранителей спокойствия. Только он один вынашивал план похода в Заболевшую Землю.
— И что, его уход из жизни может как-то дурно повлиять на судьбу Схарны?
— Сама по себе гибель Ангуса — нет, хоть факт, конечно, неприятный. Меня куда больше тревожит то, что главный хранитель вообще выбрался из своей обители и отправился в это проклятое место. Раз он поступил так, значит, решил, что для этого настало время. Весьма нехорошее время, скажу я тебе. Возможно, Ангус сумел бы предотвратить беду, но… случилось то, что случилось. Подумать только — ты мог молчать об этом и дальше! Хотя и теперь, быть может, уже слишком поздно…
