– Но… Как же… Да он никогда не согласится! Да он тут же начнет ставить мне палки в колеса! А то и откровенно саботировать работу!
– Это уже, извините, моя задача, профессор, – все организовать таким образом, чтобы он не ставил вам палки в колеса и не опустился до саботажа… Вы согласны, что, создавая институт с нуля, мы вообще рискуем опоздать? И он в конечном итоге может нам уже вообще не понадобиться?
Комаров тяжело вздохнул:
– Согласен, ваше высочество!
– Значит, иного выхода не существует. Ни у вас, ни у меня! Сегодня же вы получите соответствующие документы! И с завтрашнего дня прошу… велю вам приступать к работе на новом месте. Срочно набирайте людей, заказывайте необходимое оборудование. И торопитесь! Может статься, что от вашей работы будет зависеть судьба всей Империи!
– Я понимаю, ваше высочество! – Молодой профессор немедленно проникся торжественностью момента. – И я обещаю вам, что сделаю все возможное, чтобы…
– Этого мне мало, профессор! Все возможное сделает кто угодно. В том числе и академик Соболевский… Нужно, чтобы вы сделали и невозможное!
Лицо Комарова стало еще более торжественным. Теперь в его глазах светилось самое настоящее благоговение.
– Значит, я сделаю все невозможное, ваше высочество!
На сем они и расстались.
Результаты встречи весьма удовлетворили Осетра. Он был уверен, что Комаров теперь примется рыть носом землю в поисках решающего успеха.
Требовалось эту землю ему расчистить.
Президент Росской академии наук Алексей Петрович Соболевский прибыл на аудиенцию через несколько часов после профессора Комарова.
Он сразу взял быка за рога.
– Я слышал, ваше высочество, что у вас уже побывал этот выскочка Комаров из Сахаровского университета. Я бы хотел настоятельно предостеречь вас, ваше высочество… Репутация профессора общеизвестна. Он – нетерпеливая и весьма увлекающаяся натура. Ради собственного и по большому счету мнимого успеха он готов на любые научные авантюры…
– Одну минутку, Алексей Петрович… Послушайте, пожалуйста, меня…
И Осетр повторил академику историю, которую рассказал профессору. А потом спросил:
– Как вы можете объяснить это странное исчезновение корабля?…
– Видите ли, ваше высочество… К сожалению, у меня не хватает данных, чтобы сделать хоть какой-нибудь вывод. Вот если бы мы могли произвести замеры изменения гравитационных полей в районе исчезновения…
– Мы уже не вольны этого сделать, господин Соболевский! А если теория профессора Комарова верна, то можем не получить такой возможности и в будущем. Потому что однажды прямо нам на голову свалится вражеский флот, воспользовавшийся преимуществами, которые предоставляются рукотворными туннелями Римана. И рано или поздно придет время разбираться, кто своим действием или бездействием поспособствовал успеху потенциального противника. Одним из виновников поражения стану я. Поскольку пошел на поводу у отдельных руководящих работников. А другим… вы догадываетесь – кто?
Соболевский мгновенно помрачнел. А потом и побледнел:
– Неужели, ваше высочество, вы хотите сказать…
– Пока я хочу сказать одно: ваше противодействие работе профессора Комарова… ваши, не побоюсь этого слова, близорукие интриги… привели к тому, что росская наука серьезно отстала на теоретическом направлении, которое может оказаться чрезвычайно важным для обороноспособности Империи. Поэтому я принял кардинальное решение. С завтрашнего дня институт структуры пространства, которым руководили вы, передается под начало профессора Константина Комарова. У вас, Алексей Петрович, есть выбор: либо вы будете сняты со всех своих постов, и на вас немедленно заведут уголовное дело по обвинению как минимум в саботаже чрезвычайно важных научных исследований, либо вы остаетесь на своих постах, но будете дальше работать под непосредственным руководством господина Комарова, пытаясь таким образом минимизировать вред, нанесенный вами отечественной науке. В этом случае у вас остается шанс сохранить все свои регалии.
– А как на все это посмотрит научная общественность? – Соболевский криво усмехнулся. – Ей может не понравиться, что науку пытаются двигать вперед сугубо административными методами. Новые знания не добываются с помощью приказов и назначений.
