Сколько я себя помню, мне не то чтобы руку не целовали — ко мне даже как к женщине не относились. Но, не смотря на столь уважительный жест, он меня достаточно смутил. Какой-то неизвестный мне фактор заставлял чувствовать себя не комфортно. Или это может быть с непривычки к подобному.
— Ну что ж, пойдём за мной.
Всю дорогу я чувствовала себя некомфортно. Вряд ли это можно отнести к моему новому знакомому. Он даже наоборот оказался очень разговорчив и многословен. За те пятнадцать минут что мы шли я узнала о ректоре и его жизни больше, чем могла бы себе представить.
К примеру ректор оказался тем ещё бунтарём. Постоянно, когда строгий отец, при упоминании которого Иллар кидал на эльфа прожигающие взгляды, пытался помыкать сыном тот просто мог уйти из дома. Когда преподаватели делали замечания по поводу прогулов и пытались завалить на экзаменах — демон показывал приёмы превосходящие по уровню магии самих преподавателей. Список, как оказалось, можно продолжать ещё очень долго.
Только меня напрягало то, что сам ректор молчал. Его лицо стало полностью непроницаемым и не выражало ни одной эмоции. По началу мне казалось, что он не любит, когда о нём говорят, но вспомнив рассказы остальных его друзей эту версию пришлось откинуть. В чём же секрет этого несносного демона, который так прочно засел в моих мыслях за последнее время.
В один момент он может меня страстно целовать, а на следующий день делать будто ничего не было. Сидя в яме и показывая мне себя настоящего этот человек дарит мне ощущение моральной близости друг с другом, а выбравшись из неё делает вид, что меня не знает. Какие моменты в жизни заставили его быть таким? Наверно мне не скоро удастся это выяснить.
— Мы пришли. Раяна, ваша комната на третьем этаже. Вторая дверь справа. Можете осваиваться, а по желанию походить по поместью. Иллариона я пока что украду.
Пока девушка удивлённо рассматривала роскошное помещение я последовал за другом. Меня давно ничем здесь не удивить. Сбегая из дома в подростковом возрасте я часто сбегал именно к Аэлару. Его семья принимала меня как родного.
— Чего такой задуманный?
Друг прошёл в кабинет, выполнен практически в таком же стиле, как и мой. Единственным отличием стала цветовая гамма. У него всё было светлым, в то время как у меня тёмным.
— Вспоминал былые времена.
— Согласен, они были прекрасными. Жаль только я позвал тебя не для этого. — Эльф опёрся о дубовый стол, посмотрев мне прямо в глаза.
— И что же ты хотел услышать?
— С времён свадьбы Кайлы я ни разу не увидел тебя рядом с женщиной. Почему сейчас ты решил сменить тактику? Или это сделали обстоятельства? — Не понимаю каким именно образом так происходит, но он всегда видел меня насквозь. Даже когда мы с ним и Винсентом в детстве играли у меня в саду он умудрялся это делать.
— Ты прав. После вторжения Орнхейла на нас лежит парное проклятье. Мы пришли к вашему источнику.
— Как интересно, так Дарэн таки не лгал.
— Дарэн? Вы же вроде не переносили друг друга.
— Я тоже так думал, друг мой. Просто с возрастом все обиды имеют свойство забываться. Да и он за вас переживал. Вы, когда с ночлега от него ушли, он со мной сразу связался. Боялся что вы во что-нибудь вляпаетесь.
— И не прогадал.
— Это точно. Кстати насчёт источника я могу поговорить с дядей. Быстро вас доставим.
На лице эльфа появилась тёплая искренняя улыбка, как у мальчишки.
— Спасибо тебе. За всё.
— Это тебе спасибо за всё. Если бы не ты у меня сейчас бы не было ничего из того, что мне так дорого. Включая любимой жены.
— Как там она?
— За братом соскучилась. И племянница кстати тоже.
— Я тоже за ними скучаю. Я творение Эвелиры до сих пор летает по библиотеке.
— Моя девочка.
— Нет уж. Она вся в дядю.
— Не сомневаюсь. Истинный демон. Так что там с Раяной?
- А что должно быть с Раяной?
— Друг мой, ты можешь врать себе сколько захочешь, но не мне. Разве т ы думаешь, что я просто так ей руку поцеловал? Ты меня тогда чуть взглядом не заморозил и спалил одновременно.
Вот он, тот самый главный вопрос, которого я так ждал. Вопрос, который мучает меня самого. Вопрос, на который я и сам не могу дать ответ.
— Я сам не знаю. Возможно это так действует проклятье, а возможно это что-то другое. Но суть остаётся одна. Моя демоническая сущность вырывается наружу, проситься завладеть мной, когда я с ней. И этому я не могу найти объяснение.
— Ты попал.
— И без тебя знаю.
День меня хорошенько так вымотал, но мыслей в голове оставалось по-прежнему много.
В последнее время я часто думаю о проклятье и его действии. Оно всё-таки может быть и связующим. Но это, наверное, страшнее всего. Сколько бы я себе не врал мне страшно подумать том, что человек, который сейчас занимает все мои мысли может пропасть из моей жизни. Больше не будет с кем дурачиться бегая по комнате, кого успокаивать в королевском дворце и на кого дуться за спаленный кабинет. Сама мысль об этом пугала, ведь потом меня вновь накроет одиночество. То одиночество, что даже дружбой заполнит не получиться.