Чтобы удобно устроиться на нем.
- Ложись...
И удобно устроилась у него на плече, кутаясь в его руки как в еще одно одеяло.
Тысячи звезд тут же распахнули нам свои объятия.
Когда мы с Тенями путешествовали по лесу, мы часто выбирали для ночевки поляны и могли часами лежать, глядя на сверкающие капли на черном небе. Но даже в самом темном лесу они не казались такими крупными и... всеобъемлющими. И плыли по небосклону, следуя за привычным ужегудением плывущего Сияния Джандара.
- Как думаешь, они и правда сгустки тепла? Как наше Светило, благословенное Оком? - спросил мужчина после длительного молчания.
- Уверена. Ожерелье в руках Хаоса... И там, наверняка, тоже есть миры, слепленные между собой любовью...
- И на них тоже есть магия и... мы с тобой?
- На счет магии не знаю, а вот нас с тобой достаточно одних - и так умудряемся перевернуть все вверх тормашками, - я засмеялась. А потом прижалась еще плотнее, переплетя наши пальцы. - Хотя мне было бы интересно встретиться с самой собой...
- А мне страшно, - вдруг сказал Малхаз.
- Почему? Разве это не весело - посмотреть на себя со стороны? Поговорить, увидеть то, что видят другие? Спросить о чувствах?
- Весело только тем, кто себя не боится... И с гордостью носит свое имя. И обладает всеми совершенствами, как ты... А тот, кто привык считать себя чудовищем... Вдруг узнает, что и другие видят его таким?
Я чувствовала, что он напрягся.
- Хочешь расскажу, как вижу тебя я? Обещаю, ни совру ни капельки...Веришь?
- Тебе? Верю.
- Когда увидела тебя первый раз, подумала, что ты бесчувственный механизм и гордец, не способный на адекватную оценку и даже элементарную вежливость. Потом я распознала в тебе великого воина, и даже немного позавидовала той легкости, которую я видела в твоих способностях управлять собственным телом и рукой. Потом почувствовала внутри тебя потерянного путника - его долго мотало по недружелюбным водам и вышвырнуло, наконец, голодного и обессиленного на чужую землю. А дальше... мужчину. Пережившего так много - и готового к еще большим переживаниям...
- Угу... - проворчал Малхаз. - Злость, зависть, жалость, гордость... Где в этом что-то светлое, принцесса?
- Вроде любви? - спросила я с легкостью, которую провоцировала эта ночь и наши откровения.
- Вроде... - прошептал почти не слышно.
- Оптики говорят, что белый цвет включает в себя все остальные... И знаешь, мне, порой, кажется, что это применимо и для любви...Она тоже включает в себя все остальные чувства...
Мы помолчали, впитывая довольно холодный, несмотря на тепловую магическую завесу, воздух, и нездещнее сияние, согревающее не тела, но души...
Малхаз рассеянно поглаживал меня по плечу, голове, волосам, вызывая приятное томление и - периодически - нервную дрожь.
Я пробежалась пальцами по его груди, а потом подтянулась чуть выше и потерлась носом о выступившую за день щетину. Маги давно придумали средства, дающие гладкость... но я обратила внимание, что воины Бури остались верны самым допотопным способам.
И мне это нравилось
- Сделаешь так еще раз, принцесса, и я за себя не отвечаю...
- А ты думаешь я не потому это делаю?
- Так ты коварно заманила меня сюда, чтобы...
Я укусила его за нижнюю губу, чтобы перестал посмеиваться, а потом и вовсе скользнула язычком в горячий огонь, даже не пытаясь скрыть свои намерения. Мы целовались со вкусом и нежностью, все больше сменяемой уверенным желанием. Я чуть потянула его волосы и впилась зубами в шею, одновременно распахивая его рубашку и притираясь грудью к его голой груди.
Между ног сделалось совсем мокро.
Малхаз рыкнул и попытался перевернуться, подмять меня под себя, но я замотала головой:
- Хочу быть на тебе... И смотреть на звезды.
Я скинула камзол и длинную юбку, под которыми у меня была лишь тонкая сорочка, и оседлала своего мужчину, прижалась бедрами к значительной выпуклости. А потом наклонилась и нежно поцеловала.
- Таким образом на звезды буду смотреть я...
- Или увидишь их... - высвободила его достоинство и осторожно направила внутрь себя, издав стон удовольствия, когда вобрала самую верхушку... А потом медленно начала опускаться, не до конца...Снова приподнялась и снова опустилась не до конца, поддразнивая и распаляя...
Не выдержал.
Впаял пальцы в мои бедра и с размаху вбился полностью, вырывая у меня крик.
Я изогнулась, откинулась, заводя руки назад и опираясь у его ноги.
Полностью открывая себя.
И подставляя лицо звездам.
И мы начали двигаться, синхронно, слаженно, вбирая стоны и удовольствие друг друга и даря вязкое, сладкое наслаждение, которое рассыпалось мягкими искрами и укрыло наши вздрагивающие тела...
- Кажется, звезды стали краснее, принцесса, - хмыкнул мужчина.
- Они и не такое видели, - я только покачала головой. - Побудем здесь еще немного?
- Конечно. Столько, сколько ты захочешь.
Наш полет назад в Иосиби проходил далеко не праздно.
Да и тот цикл, что мы провели в Имерете, был насыщен событиями. Впечатляющими и чуть тяжеловесными, как и сам город.
