А в указанном месте [72] имеются оба изъяна [т. е. плохой перевод и неясность самого текста], или, по крайней мере, второй. И это я доказываю с помощью [слов] самого Аристотеля. Ибо он говорит во II книге Физики, что материя не совпадает с другими причинами в одном и том же по числу [73], следовательно, ни в какой природе одновременно не существует действующее и материя; следовательно, и в душе [дело обстоит таким же образом]. Если, следовательно, буквально придерживаться плохо переведенного текста, то [указанная позиция] совершенно ложна, противоречит [словам] Аристотеля в ином месте, и получается, что столь великий автор противоречит сам себе. Но в любом случае его слова из II книги истинны и признаны всеми, следовательно его сентенция из III книги О душе неверно переведена и требует истолкования. Ведь он не хочет сказать ничего иного, кроме того, что в душе, а именно, в ее действии, необходимо должны иметь место две вещи, а именно, действующая причина и материя. И это истинно, но действующее всегда отлично от материи и вне ее по своей сущности, хотя и действует в ней.
Caeterum possumus aliter hunc locum consolari. Nam Aristoteles quarto Physicorum dicit, quod octo modi sunt essendi in actu, quorum unus est ut movens in moto, quia movens seu agens est secundum virtutem suam in materia sua, licet non secundum substantiam. Et sic est in omni natura in qua operatur, et ita in anima; et sic nullo modo sequitur quod intellectus agens sit pars animae, ut vulgus fingit: et haec sententia est tota fidelis et a sanctis confirmata. Et Augustinus dicit in Soliloquiis et alibi: "Quod soli Deo est anima rationalis subiecta illuminationibus et influentiis omnibus principalibus". Et quamvis angeli purgent mentes nostras et illuminent et excitent multis modis, et sunt ad animas nostras tanquam stellae respectu oculi corporalis, tamen Augustinus ascribat Deo influentiam principalem; soli influentia luminis cadentis per fenestram ascribitur, et angelus aperienti fenestram comparator, secundum Augustinum. Et quod plus est, vult in pluribus locis quod non cognoscimus aliquam veritatem nisi in veritate increata et in regulis aeternis. Cum igitur Deus illuminaverit animas eorum in percipiendis veritatibus philosophiae, manifestum est quod eorum labor non est alienus a sapientia divina.
Впрочем, мы можем и иначе истолковать указанное место. Ибо Аристотель в IV книге Физики утверждает, что [выражение] «быть в действии» имеет восемь смыслов, один из которых — так, как движущее [действует] в движимом, поскольку движущее, или действующее, пребывает в своей материи по своей силе, но не по субстанции. И так обстоит дело во всякой природе, в которой оно [т. е. действующее] действует, и так обстоит дело в случае души. Итак, никоим образом не следует, что действующий разум есть часть души, как то измышляет толпа. А то, что [действующий разум не есть часть души] — эта мысль совершенно верная и подтверждается святыми. И Августин утверждает в Монологах (да и в других местах), что «разумная душа подчинена одному лишь Богу в том, что касается всех основных просвещений и влияний». И хотя ангелы многими способами очищают, просвещают и пробуждают наши умы и являются для наших душ тем же, чем звезды — для телесных очей, Августин, однако, приписывает основное влияние Богу: разлитие света, проникающего через окно, приписывается Солнцу [т. е. Богу], а ангел сравнивается Августином с отворяющим окно. И более того: во многих местах Августин утверждает, что мы познаем ту или иную истину только в нетварной истине и вечных образцах [74]. Итак, поскольку Бог просветил их [т. е. язычников] души для восприятия философских истин, ясно, что их труд не чужд Божественной мудрости.
<p>Capitulum VI. Глава VI</p>
