В сорок ПЯТОМ годуВозле ОраниенбургаПара задумчивых клячТащила большую фуруПо пустынной дороге.Возница в черном жилете,В старой фетровой шляпеШел рядом с той колымагой,Похожий на итальянца.— Кто вы? — спросил по-немецкиЯ у того человека.Возница пожал плечами.Остановилась фура.Выглянули из нееНесколько бледных, курчавыхИ перепуганных детскихРожиц. За ними — старик.Старик одет был в тряпье,Торчали седые патлы.Он явно был не в себеИ закричал по-немецки:— Я — Радноти Миклош,Великий венгерский поэт,В городе БудапештеМеня знает любая собака!Меня подобрали цыгане.И я теперь стал цыганом.Это великое племя,Которого не уничтожить,Ибо ему сужденыСвобода, музыка, кони.Нет никого прекраснейНа свете, чем цыгане!Здесь я хочу умеретьПод скрипку и ржанье коней!К черту — былая слава!К дьяволу — бывшее счастье!Я люблю только вас,Цыгане, музыка, кони!..Так орал этот странныйСтарец с цыганской фуры.Слушали молча цыгане,Слов его не понимая.Наши солдаты стояли,Думая: старый рехнулся.Я много позже узнал,Что поэт Радноти МиклошПогиб совсем молодымВ Сербии, в лагере смерти.Может, ослышался я.Но нет, хорошо помню,Как сумасшедший старикОрал, что он Радноти Миклош.<p>«Что надобно солдату?..»</p>Что надобно солдату?Натопленную хату,Картошки котелок,За печкой уголок.И утром, этот райНавеки покидая,Услышать, как емуХозяйка молодаяПрошепчет, провожая:— Солдат, не умирай!<p>Песенка гусара</p>Когда мы были на войне,Когда мы были на войне,Там каждый думал о своейЛюбимой или о жене.И я бы тоже думать мог,И я бы тоже думать мог,Когда на трубочку глядел,На голубой ее дымок.Как ты когда-то мне лгала,Как ты когда-то мне лгала,Как сердце легкое своеДругому другу отдала.А я не думал ни о ком,А я не думал ни о ком,Я только трубочку курилС турецким табаком…Когда мы будем на войне,Когда мы будем на войне,Навстречу пулям понесусьНа молодом коне.Я только верной пули жду,Я только верной пули жду,Что утолит мою печальИ пресечет вражду.<p>«Жизнь сплетает свой сюжет…»</p>
Б. С.
Жизнь сплетает свой сюжет.Но, когда назад посмотришь,Возникает свежий светДалеко — на девять поприщ,По которым пятерыхПовело июнем ранним.И нетленный пятерикЗасветился их стараньем.Сколько крови пролилось,Сколько дел осуществилось,Сколько выпало волосИ сердец остановилось!Но сияет вдалекеСвежий свет того июня,Как в предутренней рекеОстрый отсвет новолунья.<p>Пушкин по радио</p>
