«А как строили, — думал Ванька, — особенно после Василия Васильевича… хоть цемент, когда этот Дворец строили, хоть стекло или тес… стекло особенно: то пургою побьет, то при выгрузке. Откроешь ящик, а там одни куски. Куда их? Конечно, списать, колхоз-то богатый, миллионы в банке лежат, другим колхозам взаймы дает на покупку флота. А толь? Кто только не тащит? Сам собирается в тундру на охоту, берет рулончик, там и оставляет, не тащить же этот толь назад? Да что там… вон Чомба тащит что ни попадя. И дом, и сараи, и заборы из всего колхозного. И себе и Федору… Да Чомба — ладно, перевозчицкая зарплата шестьдесят рублей, а сам-то! Он не утаскивает, а так берет. Что захотел, то и взял, хозяин же. И зарплата семьсот рублей, в два раза больше, чем у простого колхозника, а все равно… и себе и своим дружкам-приятелям. Мишку через это и выжил из колхоза».
Это года три назад подлетел Геннадий к Мишке, Мишка поликлинику вел:
— Михаил, сюда.
— Слушаю, Геннадий Семенович, — подошел Мишка.
— Пару кубометров теса приготовь.
— Вам, я уже отвозил… Там и террасу обшить хватит, и на забор. Плотников через пару дней пришлю, как договорились.
— Не мне, в комбинат.
— Ихнему главному инженеру небось?
— Небось да.
— Горбыля могу, а теса нет. На приемный покой не хватает.
— Такой пустяк… что ты за строитель, если изыскать не можешь?
— Да где же изыщешь, если нету. Хоть и пустяк. Горбыль вон пусть берет. Потом… ведь это все колхозное.
— Ну… — Геннадий замялся, при всех неудобно было говорить подробно об этом. — Зайдешь в контору, потолкуем.
— Если за этим, то и толковать нечего.
— Миша, не для себя стараюсь. Для колхоза, понимаешь? В комбинате есть бочкотара, знаешь, весною как она нам нужна? Это, надеюсь, ясно?
— Да ясно, — поморщился Мишка, — чего ж тут неясного? Бочкотара государственная, тес колхозный, бочкотара нужна колхозу, тес — главному инженеру на забор. Чего ж неясного? Наливай да пей.
— Миша, ты упускаешь одно: это все для колхоза. Ты это упускаешь.
— А ты упускаешь устройство нашего государства.
— Боже мой! Куда хватил. Уж не учить ли меня собираешься?
— Не.
— Тесу два кубометра отвезешь.
— Не. И мастерам скажу, чтоб не отвозили.
Так и не отвез… но на другой год Геннадий послал Мишку в командировку в Пахачу, причалы строить. Когда Мишка возвратился, на его месте — начальником стройцеха — работал другой человек. Мишка остался в мастерах…
А через полгода они поцапались капитально, не из-за пустяка уже. Мишка вел теплоцентраль по «Черемушкам». Тут к возвращению флота с путины должно было подъехать районное да областное начальство — вручать знамя переходящее за первое место, грамоты разные.
— Михаил, — прибежал Геннадий на участок, — сворачивайся! Давай зальем площадки возле складов, спуск к причалам, тротуар возле конторы. Это надо срочно… используешь быстростановящийся раствор.
— Погоди, Геннадий Семенович, — остановил его Мишка. — Ведь скоро морозы, пурги. Если я сейчас теплотрассу не проведу, зимой одна морока будет. Ведь замерзнет все, грунт придется бить отбойными молотками, над рабочим местом сооружать навесы. Представляешь, сколько канители? А начальство и по грязи протопает. Мы же ходим. А может, и подморозит.
— Миша, мы не понимаем друг друга.
— Конечно нет.
— Тогда по-другому: я приказываю, ты исполняешь. Я председатель в конце концов, я командую.
— Выбрали, вот и командуешь. Давай рассмотрим этот вопрос на правлении?
На правлении этот вопрос, конечно, не обсуждался. Мишка не стал возиться с тротуарами, но после постройки теплоцентрали Мишкина должность сократилась. Пару месяцев помотался Мишка в бригаде и ушел в «Тумгутум» сразу на должность начальника участка.
«Эх, хе-хе, хе-хе, — грустно подумал Ванька, вспоминая своего друга. — Нету верного товарища, и душу не с кем отвести. Был бы Мишка рядом… гляди, еще и Володька из колхоза уйдет. Но Володька не уйдет, его никакими пряниками не заманишь, не та кадра… А с ним тоже как обошелся? Еще хуже, чем с Мишкой. Нагрянул с инвентаризацией, когда у Володьки завал работ был, хорошо хоть растраты не обнаружилось».
— …досрочно, из года в год на протяжении десяти лет управляемся с полевыми. Наша продукция…
«Ведь врет… после Василия Васильевича то и дело какие-нибудь неполадки… то вовремя не уберем, дожди прихватят, то помещение для зимовки не готово…»
— …наша птицеферма расцветает с каждым годом. Я позволю себе привести некоторые цифры…
«От дает, — грустно думал Ванька, — расцветает… показатели… в прошлом году ракушкой не запаслись, яйца всю зиму без скорлупы были. В тундру Магомедыч вывозил, чтоб территорию не гадить…»
— …увеличили флот до двадцати трех единиц, освоили новые места промысла и добычу новых пород рыбы. Наши суда бороздят воды трех морей и самого большого в мире океана. Валовая добыча продукции…
