Как и было задумано, мы с доктором Ашоком встретились на Центральном вокзале. Доктор Ашок был с «дипломатом». Я заметила, что парик на нем сидел прямо, а внешний вид был не таким сюрреалистическим, как обычно. Было видно, что он нервничает.
— Вам уже вручили повестку? — Доктор Ашок не шутил насчет того, что мой телефон прослушивается.
— Еще нет.
— Хорошо. Не возвращайтесь в гостиницу. Если вам нужна какая-то одежда, позвоните и попросите прислать с посыльным. Поезжайте прямо в аэропорт имени Кеннеди. «Гаруда» готов к вылету. Экипаж уже на месте. Груз на борту. Вот ваш маршрут.
Я взяла «дипломат».
— Где Калки?
— Невидим, но в своем уме, как бы сказал ваш Бауд…
Я оборвала его.
— Что за груз? — спросила я.
— Прочтете на месте. Там все написано.
В телефонную будку за нашими спинами зашел хорошо одетый негр и начал мочиться. Он был пьян и думал, что уже добрался до кабинки туалета. Никто не обратил на него ни малейшего внимания. Мы с доктором Ашоком отошли подальше.
— Ваш полет является своего рода жестом, символом власти Вишну. — Ни я, ни доктор Ашок не могли не коситься на телефонную будку, из которой доносился шум, похожий на рев Ниагарского водопада в клипе Арлен, рекламирующем воду «Сада Сода». По цементному полу медленно потекла струйка.
— Ваш маршрут делит Землю на четверти. Сначала вы полетите через полюса. Во время полета через строго определенные промежутки времени будете сбрасывать груз…
— Груз чего?
— Лотосов. Символа бессмертия. Символа вездесущего Вишну. Символа Шивы и его любви.
— Это же целая гора лотосов!
— Семьдесят миллионов. Готовится суперлотерея. Будут тысячи и тысячи денежных призов. Как мудро сказал автор Ветхого Завета, «легче верблюду пролезть сквозь игольное ушко, чем богатому попасть в царствие небесное». Ладно, неважно. Экипаж знает, что делать. От вас требуется только одно: вести самолет. Конечно, вы можете разговаривать с любопытными, которые соберутся в различных пунктах заправки. На всякий случай я приготовил для вас несколько коротких речей.
— Когда я должна вернуться? — Я представила себе эти речи и мысленно поклялась, что не прикоснусь к ним и пальцем.
— Вы вернетесь второго апреля. Присоединитесь к нам на борту «Нараяны», которая будет стоять на якоре у Бэттери в деловой части Манхэттена. Все инструкции здесь. — Доктор Ашок показал на «дипломат», который я держала в руке. — Выполните их, Тедди Оттингер, летчик-испытатель и Совершенный Мастер!
Негр, оккупировавший телефонную будку, заснул стоя.
Новая «Гаруда» была готова к полету. Экипаж оказался первоклассным, а инструкции — поразительно толковыми. Джайлс точно рассчитал, где и когда мне надо будет спускаться для дозаправки и обслуживания. В результате полет прошел без сучка и задоринки.
Я чувствовала себя так же, как Амелия, особенно во время полета вдоль экватора. Жалела только о том, что маршрут не проходит через Порт-Морсби. Мне бы хотелось увидеть последний аэропорт в ее жизни.
Всюду, где бы я ни села, меня встречали представители прессы. Особенно агрессивными оказались австралийские журналисты. В свое время они добились высылки из Австралии Фрэнка Синатры. Как видно, это сделало их чересчур самонадеянными.
Меня осадили в Сиднейском аэропорту. Я изо всех сил старалась выглядеть безмятежной.
— Что это за дурацкие лотосы вы рекламируете? — спросил один из репортеров.
— Мы ничего не рекламируем. — Я протянула им белые бумажные лотосы. Рассказала о лотерее «Лотос». И денежных призах. Оказалось, что до журналистов эта идея доходит с трудом. Тем временем все происходящее снимали дюжины видеокамер.
— Вы хотите сказать, что не продаете их?
— Просто сбрасываем их с воздуха. Они являются символом… — Я приготовила довольно неплохую речь. Но в тот день в Сиднее никто не захотел ее слушать. Журналист из Мельбурна спросил:
— Так что же вы продаете во время этого полета?
— Ничего.
— Тогда что вы делаете? — Человек из Мельбурна оказался настойчивым. Его левое ухо украшала серьга. — Кроме того, что забрасываете весь наш шарик бумажными цветами?
— Калки делает прощальный жест. Он хочет, чтобы перед концом вы подумали о вечности…
Раздался гогот.
— А конец будет третьего апреля?
— Да, — широко улыбнулась я. — Ровно в полдень. По восточному стандартному времени.
Журналисты продолжали надрывать животики. Я повернулась к ним спиной. Заговорила с бригадой обслуживания. Но репортеры не отставали. Один спросил:
— И как это будет выглядеть? Как в фильме «На берегу?» — Это была картина о конце света, снятая в Австралии несколько лет назад. Главную роль там играла Ава Гарднер. Когда местная пресса спросила Гарднер, почему фильм снимался именно в Австралии, та ответила: «Ну, картина ведь о конце света, а, бог свидетель, тут-то и есть его абсолютный конец». Пресса пыталась добиться ее высылки, но потерпела неудачу. Ава оказалась более твердым орешком, чем ее бывший муж Синатра.
