Война только что кончилась, дорогой ценой завоевана победа: сколько прекрасных жизней оборвалось в одном только маленьком Горисе. И среди них Арменак, его друг детства…
Идя к трибуне, гусан еще не знал, что он скажет. Но вот его острый взгляд отыскал в толпе скорбную фигуру Астхик, матери Арменака. Старуха стояла слегка опершись на плечо невестки, молодой вдовы. Лицо ее было торжественно-печально.
Гусан теснее прижал к груди саз, и слова полились сами собой…
Вечно струится вода в роднике, вечно будет жива память о героях.
Иного лоботряса люди называют «дубом». Это несправедливо. Правда, сердце у меня деревянное, но память…
Я помню твоего отца, деда твоего, а может, и прадеда. Они родились здесь, тянули свою лямку и теперь лежат на погосте под камнем. Я видел их маленькие радости и большие горести. Я ведь живу на этом свете очень давно…
Я дуб, я старый дуб. У меня деревянное сердце и ясная память.
Среди нас чужих нет, здесь все свои. Не скрою от вас: я стар, очень стар. И дубы умирают. Пока я жив, пока держат меня мои старые корни, я хочу поведать людям о виденном и услышанном на этом свете.
Я дуб. Я старый дуб. У меня деревянное сердце и ясная память. Я помню…
Выражение «въехал в город» применительно к Горису не точно. В Горис, окруженный пиками острых гор, въехать нельзя. В него можно только свалиться с неба. Дорога, ведущая к Горису, несется стремительно вниз, на поворотах земля осыпается из-под шин прямо в пропасть.
И мы сваливаемся на своем «газике» головокружительно быстро, едва успев с высоты «Медной горы» уловить очертания города, ровные улицы с квадратным открытым пространством в центре…
В Горисе родился и жил Аксель Бакунц. Он мне почти ровесник, но его давно нет. Я спешу к нему, к памятнику, чтобы низко поклониться ему, учителю и другу.
В одном селе родился крылатый мальчик. Рос мальчик, вырастали и его крылья. Поначалу он летал вокруг своего дома, потом вокруг деревни, задевая крылом облака.
Крылатый мальчик стал юношей. И задумал он вступить в бой с орлом.
А тем временем в доме, где родился необычный мальчик, царил непокой. Убитые горем родители не жалели денег, со всего света сзывая лекарей, чтобы избавить сына от недуга, сделать его таким, как и все.
Лекари приходили-уходили, а мальчик рос и рос, на своих сильных крыльях поднимался все выше и выше, теряясь в облаках.
Но нашелся лекарь, который взялся вылечить юношу. И нашелся он в тот самый час, когда юноша должен был вступить в бой с орлом.
Ночью, когда юноша безмятежно спал, набираясь сил для дерзкого полета, лекарь незаметно срезал ему крылья.
Наутро, поднявшись и ничего не подозревая, юноша ушел в горы, на орлиную скалу, чтобы оттуда ринуться в синь неба, в полет.
Только в воздухе, стремительно несясь вниз, к своей гибели, юноша понял, что он бескрылый.
Два путника ехали на верблюдах по степи. Ехали день, ехали другой, несколько дней. Путники были не новички в этом крае, они хорошо знали язык пустыни, молчали, берегли силы для дальнего пути. За день если они обменялись двумя-тремя словами, считай, что разговорились.
Горячий песок поскрипывал под копытами верблюдов, колокольчики слабо позванивали, не нарушая тишины и зноя, тени от путников вытягивались, неотступно шли рядом, молчали, как и путники.
На исходе пятого дня впереди показались верхушки минаретов.
— Минареты… Слава аллаху, подъезжаем, — сказал один путник другому.
— Какой ты болтун, приятель, — ответил тот. — Эти минареты вижу и я.
Амбарцум-даи, подбадривая осла палкой, приближался к своему саду и вдруг увидел: кто-то в нем хозяйничает, режет виноград и кладет себе в корзину. Он подъехал близко и крикнул через забор:
— Кто там режет виноград? Эй?
Из сада послышался ответ:
— Амбарцум-даи, хозяин сада. Кто беспокоит его?
— Бо, — опешил Амбарцум-даи. — Если ты Амбарцум-даи, кто же я?
— Что ты меня спрашиваешь? Я тебя не крестил. Ступай лучше спроси в селе, кто ты?
Старик, повернув осла, помчался в село.
— Люди, кто я? — вопрошал он.
— Амбарцум-даи, — ответили ему немало удивленные односельчане.
— Если это я, то кто же тот, что в моем саду режет виноград? — сказал старик.
Мальчик был хилый, хворый. Долго размышлял отец, как помочь сыну избавиться от недуга, стать сильным.
Думал, думал крестьянин, и вот что он придумал. Во дворе только что отелилась корова. Отец поместил новорожденного теленка на крыше своего дома, и сын должен был каждый день утром и вечером перед дойкой по шаткой лестнице спускать теленка с крыши и снова водворять его на место после дойки.
Теленок махонький, и хилый сын легко это делал. Но с каждым днем теленок прибавлял в весе, юноша как ни в чем не бывало спускал и поднимал его по лесенке. Теленок стал быком, а юноша по привычке без труда поднимал его.
Когда ваш сын не ест то, что ему дают, ленится ходить в школу пешком, расскажите ему эту притчу о мальчике из Карабаха.
