Сцену и декорации мы готовили тщательно: нужно было выбрать место и время таким образом, чтобы мы видели жертву, а она различала в лучшем случае контуры фигуры (а в мантиях они у ребят нашего возраста почти у всех одинаковые). Она, конечно, могла зажечь Люмос, но мы предусмотрели и это — простенькие тряпочные маски, вот и все. («Пожиратели недоделанные», — высказался Малфой, примерив свою, и получил совет заткнуться, пока эту маску не засунули ему вместо кляпа в рот и не оставили Драко дожидаться развязки в спальне.)
В книжках такие сцены начинают фразой вроде «В окна старого замка светила полная луна, отбрасывая густые тени…» Луна действительно светила, действительно полная, а тени оказались такими густыми, что прятаться в них было одно удовольствие. Вот сюда-то, на одну из лестничных площадок и пришла девочка, обозначенная как «объект М7» и получившая сегодня анонимную записку.
Записку писал Драко: его почерк мы сочли наиболее изящным. Я бы наверняка наставила клякс, Тео выводил буквы четко, но резко, будто топором вырубал, а Винсу с Грегом подробностей знать вообще не следовало. Этих двоих мы, подумав, решили не брать, нашумят еще…
Девочка остановилась и огляделась. Мы затаили дыхание: если она поймет, что нас тут много, то может и завизжать.
— Эй, — шепотом позвала Джинни. — Где ты? Я пришла вовремя! Что ты хотела сказать о Гарри Поттере?
— Я здесь, — полушепотом ответила я и сделала шаг вперед. Теперь луна светила мне в спину, большую часть фигуры скрывала тень, а волосы я заранее заплела потуже, скрутила косу на затылке и накинула капюшон.
— Это ты мне написала, да?
— Я написала, что хочу поговорить о Гарри Поттере, а не рассказать о нем, — тут я заговорила с надрывом, стараясь не переигрывать. — Это уж, скорее ты, Джиневра Уизли, можешь рассказать всё, всё о его привычках, о его распорядке дня… Ты, наверно, даже знаешь, какой зубной пастой он пользуется!
— Мятной, — простодушно ответила она, а я поняла, что в соседней нише сейчас заржет Драко.
— Вот видишь! — подхватила я. — Ты… Ты так близко к нему!.. Но это нечестно, я знаю его дольше! Оставь его в покое, слышишь?!
— О чем ты? — недоуменно спросила Джинни, отступая на шаг. Очень удачно, кстати.
— Прекрати бегать за ним! Он мой, понимаешь?! Мой герой… — с придыханием произнесла я, стараясь, чтобы истерический смешок был похож на рыдание. — А ты еще слишком мала… у тебя будут другие кумиры, но Гарри оставь мне!
— Да что ты такое говоришь?! — воскликнула она.
— Ступефай, — ответила я. — О! Вот так и стой. Так, повязку, живо!
Драко подобрался сзади и ловко завязал обездвиженной девочке глаза. Теперь мне можно было выйти из тени.
— Следите за лестницами, — сказала я, взяв сумку Уизли. — И подновляйте заклинание.
Господи, у нее тут барахла на пятерых наберется! И все, конечно же, потрепанное: огрызки карандашей, поломанные перья, подержанные учебники… а вот старой тетрадки не было. Я тщательно прощупала все швы — нет, за подкладкой ничего не зашито. Прекрасно, перейдем к личному досмотру…
— Отвернитесь!
Для начала я просто охлопала Джинни, как папа показывал, выудила из карманов ее мантии две горсти каких-то безделушек, мелких монеток, все тех же поломанных перьев (два оказались не писчими, что наводило на определенные подозрения, и эти перья я припрятала), веревочек, ленточек и прочего барахла. У тела девочка тетрадь тоже не носила.
— Фигово, — подумала я вслух. — Ладно, продолжим. Делай — раз!..
Парни хорошо подготовились (а тренировались, кстати, на мне!), поэтому мы живо надели маски, Тео живо связал Джинни руки за спиной и ноги в щиколотках, Драко отменил действие заклятия, а я, стоило той приоткрыть рот, засунула туда кляп.
— Не кричи, никто не услышит, — сказала я, как злодей в третьесортном кино. — Как ты уже, наверно, догадалась, Гарри Поттер был всего лишь предлогом, чтобы выманить тебя в это уединенное местечко…
Нет, надо смотреть меньше гангстерских боевиков! Папа же засмеет, если узнает, как я выражаюсь!
Сдавленное мычание и поднятые домиком брови, видимо, означали вопрос, мол, что же тогда надо от бедной первокурсницы этим подозрительным типам?
— Тетрадка где? — спросила я напрямик. — Только без гримас, я знаю, что она у тебя.
Джинни яростно затрясла головой, на глаза навернулись слезы.
— Значит, у тебя ее нет, я верно поняла?
Та так же отчаянно закивала.
— Ну, раз ты даже не изобразила непонимание, значит, в курсе, о какой именно тетрадке идет речь, — заключила я. — А раз ее нет у тебя, ты знаешь, у кого она, да?
Уизли застыла, глаза забегали.
— У Поттера? — спросила я наобум.
Джинни так замотала головой, что я побоялась, как бы та не отвалилась.
— Если я выну кляп, скажешь, у кого она?
Девчонка насупилась.
— Понятно, — констатировала я печально. — Придется делать больно. Впрочем, для начала обойдемся тем, что сделаем некрасиво…
Я вынула из кармана нож (уже не простенький перочинный, папа отдал мне свой складной швейцарский с полным набором инструментов) и принялась неторопливо выбирать, что бы такое использовать.
