Я начертил круги и рассыпал камешки. Так, ну во внутреннем круге расклад прежний, только зеленый с крапинками камешек переместился поближе к нам всем, а тот, что возвещал прибыль, исчез. Это что ж, Ясенец – наша прибыль? А почему бы и нет, право слово? Хотя бы расскажет толком, что к чему! Вот красные осколки остались, но как-то далеко, призрачная была опасность. А рядом с розовым окатышем, означавшим Злату, они вдруг появились. Причем остриями направлены были наружу, а значит, беда нам грозит от нее. Какая? Стражники ее папаши нагонят? Пока вроде не видать…
Во втором круге – все то же самое, с небольшими изменениями. Камень, обозначавший Хадрисса, вовсе исчез, как и тот, что обозначал реку. Появился другой, который я когда-то назначил «дорогой». Значит, опять нам выбираться на тракт, как я и предполагал. Явной опасности вроде не видать, кроме той, странной, которую обозначал серый обломок камня. И «конь» был на месте. Но это должно было еще случиться не сегодня и не завтра, пока займемся насущными делами!
– Север, – окликнула Эсси. – Взгляни.
Я обернулся. Ясенец смотрел на меня огромными глазами, вжимаясь спиной в древесный ствол.
– Ты чего? – миролюбиво спросил я.
– Ты… ты… ты что делаешь?.. – выговорил он трясущимися губами.
– Гадаю, а что? – нахмурился я. – Нельзя?
– Т-тебя сожгут, если узнают о таком… – выдал Ясенец. – Это запретное искусство!
Я потерял дар речи. Ну, знаете, если то, чем мы занимались с малолетства, назвали запретным искусством и жгут за него на костре, то я действительно не гожусь больше для этого мира!
Хотя ведь можно просто никому не показывать камешки?
Остаток ночи прошел на удивление спокойно. Ясенец, правда, глаз не сомкнул, потому что явно опасался Эсси. Или меня: как-то его мои камешки очень уж впечатлили. Странно даже: сам колдун, пусть и недоучка, а боится «запретного искусства»! Надо будет его при случае расспросить, почему так вышло… Ну, не при Злате с Золотом, конечно, им об этом вообще знать не полагается.
– Ну что, – спросил я поутру, растолкав сонную парочку, – будете колдуна допрашивать или опять мне самому все делать прикажете?
Судя по взгляду Золота, он совершенно не желал заниматься чем-то подобным на глазах у Златы. Так я и думал…
– Ладно, на нет и суда нет, – вздохнул я и подошел к Ясенцу. Тот посмотрел на меня исподлобья и гордо отвернулся. – Ты башкой не крути! Ты рассказывай, где мы оказались и как нам к людям выбраться. Тогда, может, не убью… И не покалечу даже.
– Угу, можно подумать, отпустишь, – буркнул он.
В утреннем свете видно было: Ясенец еще совсем мальчишка, моложе Златы, пожалуй. Вот везет мне на малолеток, а! С другой стороны, им головы дурить проще…
– А вдруг отпущу? – пожал я плечами. – На кой ты мне сдался, сам подумай? Но не сейчас, конечно, а только когда ты нас в безопасное место проводишь.
– Откуда я знаю, какое место для вас безопасное? – продолжал препираться Ясенец, шмыгая носом. Нос у него, кстати, был знатный. Выдающийся, я бы сказал. Длинный, но при этом со вздернутым кончиком.
– А далеко ли до Майеты? – встрял вдруг Золот.
Я насторожился: это был первый раз, когда он при мне упомянул хоть какой-то местный поселок или город. Не представляю даже, что за Майета такая.
– Ну… – Ясенец задумался. – Дня два пути, если по дороге. А лесами – не знаю, не пробовал. Но всяко дольше!
– А зачем тебе туда? – поинтересовался я. – Ждет кто-нибудь?
– Не-ет, – протянул Золот. – Там же до княжеского замка рукой подать. А у того в дружине старый друг моего отца служит. Я и подумал: если его попросить, вдруг поможет чем-нибудь?
– А не выдаст?
– Да зачем бы ему? – удивился парень. – Он меня с младенчества помнит, на коленях держал, мой отец ему жизнь спас… И потом, я же не скажу, кто такая Злата на самом деле! Просто – красивая девушка, полюбили мы друг друга, только ее родители сильно против такого зятя, вот и пришлось бежать… Годится?
– Вроде годится, – подумав, кивнул я. – А не раскусит он тебя, раз с малолетства знает? Кстати, а сам-то отец твой где?
– Нету, – нахмурился Золот. – Помер.
– А-а, ну уж извини, откуда мне знать было…
– Да чего уж, не один год прошел, – вздохнул он. – В общем, дядька Смел поможет. А сам не сумеет, хоть подскажет, куда податься!
– Ну ладно, – сказал я, решив, что хуже уже не будет, а на этого неведомого дядьку можно парочку оставить, пусть сами дальше разбираются. Теперь с ними от моего общества только неприятности могут приключиться. – Эй, Ясенец! Как отсюда на какую-нибудь другую дорогу выбраться, сообразить сможешь? Чтоб в Майету попасть?
– Чего тут соображать, – буркнул он. – Руки развяжи, покажу.
– А, так ты передумал геройски помирать? – фыркнул я и все-таки отвязал горе-колдуна от дерева. Интересно, что он нам показывать собрался? Какие-нибудь фокусы?
Все оказалось куда проще: растерев запястья, Ясенец полез за пазуху и вытащил небольшой футляр. В нем лежала карта, выполненная на особым образом выделанной коже.
