Молодой человек умолк. Он не ожидал от меня серьезного служебного разговора в первые же минуты нашей встречи. И правда, мне следовало быть с ним помягче и полюбезней. Но я совсем изнервничался с нашим делом. А может быть, во мне заговорила тайная зависть? Ведь юноша таким сверкающим цветком вернулся из городского рая и так восторженно вспоминал теперь о нем. Я же прикован цепями к этому захолустью, погряз с головой в работе и каких-то бесконечных обязанностях. Пожалев о своей грубости, я хотел приветливо улыбнуться и поговорить с ним на другую тему, но мой помощник уже начал:
— Обвиняемый приговорен к пожизненным каторжным работам. Он убил человека за плату в пять гиней. Убийца — из суданских кочевников, здоровенный детина, убийство — его профессия. На этот раз его нанял один феллах, выдавший ему вексель на стоимость человеческой души. Подхватив ружье, словно гитарист гитару, профессионал вышел на работу. Он спрятался под окном мечети. И когда его жертва — довольно дорогая душа — вошла в мечеть и опустилась на колени для молитвы, он через оконную решетку послал из своей засады лишь один поцелуй, со свистом вылетевший из его дьявольского инструмента. Работа, как видите, требует такой же твердой руки, как и работа плотника, — ведь искусный плотник забивает гвоздь с одного удара Человек погиб, и его кровь, как это часто бывает, оказалась бы пролитой безнаказанно, если бы не разгорелась ссора между наемником и нанимателем. Убийца сдал готовый «товар», но покупатель тянул с оплатой. И разозленный преступник выдал себя: не обращая внимания на судей, он крикнул своему хозяину во время заседания: «Ты хотел, чтобы я убил его бесплатно!» Потом, отвернувшись от него, он обратился к суду: «О люди, будьте свидетелями этого бесчестия! Верно, я заслуживаю виселицы, но только за то, что не потребовал денег вперед! Эти векселя губят людей».
Мы с помощником посмеялись. Я высказал ему свое мнение о подобных профессиях, хорошо известных в деревне. Египетский феллах часто пользуется услугами наемных убийц, как это делали и некоторые наши древние предки, прибегая к услугам наемных вояк. Не является ли это одним из моральных недостатков феллаха в добавление ко множеству его физических, умственных и социальных недугов? Или это неспособность к таким делам и отсутствие веры в себя, порожденные извечным рабским трудом, постоянным копанием в земле? Рыцарство и военную службу феллахи всегда предоставляли завоевателям, последними из которых были арабы и турки.
Я пришел к заключению, что большинство убийц-профессионалов в деревнях — инородцы; феллах миролюбив и не хочет проливать кровь своими руками, которыми сеет и собирает блага земли. Ему чужды отвага и воинственность.
Это дело требует специального изучения. Сталкиваясь с подобными явлениями, мы не должны проходить мимо. Я объяснил своему помощнику, что наша профессия обогащает человека опытом и жизненными наблюдениями. Занимаясь ею всю жизнь, невозможно оставаться слепым. Эта профессия лучше всякой другой формирует настоящего человека. Следователь стоит во главе крошечного государства. Если он все поймет в этом государстве, все заметит, изучит природу человека, его нравы и побуждения, то сможет познать и большое государство, в котором живет, сможет постигнуть великий мир — человечество. Но много ли следователей и судей склонны к наблюдательности? Умение видеть свойственно очень немногим людям.
Молодой человек хорошо понял мои слова. Ведь он был умен. Он стоял опустив голову, потом выпрямился и сказал, что во время заседаний некоторые факты заставили его призадуматься, Так, судьи сначала выносят приговор, а затем обосновывают его. А ведь логика требует, чтобы было как раз наоборот.
Ценное замечание. Однажды мне говорил об этом в минуту откровенности один судья. Вечером, вернувшись в свой кабинет после вынесения приговора по одному серьезному делу, он достал все материалы дела, чтобы, как обычно, написать обоснование приговора. Его взгляд задержался на различных деталях, зафиксированных в протоколе заседания и в следственном материале. Прочитав записи, он в ночной тишине спокойно и серьезно еще раз все обдумал. Если бы он ознакомился с этими документами до вынесения приговора, решение могло быть иным. Но что сделаешь сейчас, когда приговор уже вынесен и изменить его невозможно. Ничего не придумаешь! Поэтому он занялся в эту ночь извлечением из кипы бумаг всевозможных доводов, чтобы оправдать вынесенный приговор. Сколько обстоятельных пунктов пишется в подтверждение и оправдание приговора, вынесенного поспешно, необдуманно, без справедливого расследования, без знания истинного положения вещей!