Я седлал тебя частоНа многих просторах земли,Помнишь зимнюю поруУ северных дальних застав?Ты, состарившись в странствиях,Отдал все силы своиИ на старости летЗаболел, от работы устав.Ты по сути ничемНе отличен от прочих коней,Ты послушным и вернымОстался до этого дня.Тварь, — как принято думатьСреди бессердечных людей, —Ты болезнью своейГлубоко огорчаешь меня.<p>Дикие гуси возвращаются на север</p>Дикие гусиЛетели за тысячи ли,Нынче на северОни возвращаются снова.Глядя на странникаЭтой далекой земли,Пара за пароюВ путь улетают суровый.Их уже мало осталосьНа отмели тут,Резко кричат они,Перекликаясь на воле.Ну, а рассказО письме, что они принесут,Все это милая,Глупая сказка, не боле.<p>Одинокий дикий гусь</p>Дикий гусь одинокийНе ест и не пьет,Лишь летает, кричаВ бесприютной печали.Кто из стаиОтставшего спутника ждет,Коль друг другаОни в облаках потеряли?Гусю кажется —Видит он стаю, как встарь.Гусю кажется —Где-то откликнулась стая.А ворона —Пустая, бездумная тварь —Только попусту каркает,В поле летая.<p>Олень</p>Ты навеки простилсяС прозрачным ручьемИ лежишь на столе,Превращенный в жаркое;Раз не смог тыВ убежище скрыться своем,То нельзя и роптатьНа событье такое.Мир давно уже груб,Безобразен и зол —В наши дниКрасоту постигает несчастье:Оттого-тоЧиновников праздничный столТы украсил —Разрубленный в кухне на части.<p>Белый конь</p>Конь примчалсяС северо-востока,СтреламиСедло его пробито.Жаль того,Кто пал в бою жестоком, —Что теперьУзнаешь об убитом?Может, рядом с нимНа поле бояНашегоСразили полководца...Смерть сейчасБредет любой тропою —Знаю,Много слез еще прольется.<p>ЛУ Ю (1125—1210)</p><p>Осенние мысли</p>Уже улетают гусиК югу — для нас чужому.Цветут в садах хризантемы,Краснеет в лесах листва.И мысли мои подобныНожницам из Виньчжоу:Отрежу кусок пейзажа —И переложу в слова.<p>Цветы сливы</p>Расцветают цветыПод весеннее пение птиц,Словно в утренний снегОблачаются горы над нами.Разделить бы мне телоНа тысячи зрячих частиц,Чтоб под каждою сливойЛу Ю любовался цветами.<p>Сочинил 4-го ноября во время сильной бури</p>Не о себе печалюсьНочью, в глухой деревне —О родине и ЛунтаеТревожусь я вдалеке.Под завыванье ветра,Шатающего деревья,Мне снятся железные кониИ лед на зимней реке.<p>Зимней ночью слышу звуки рога</p>Возносятся к снежным тучамЧистые звуки рога,Лежит в военной палаткеНаместник — седой старик,Скорбя о прожитой жизни,Где сделано так немного:Умрет — и о нем не вспомнятНи на единый миг.<p>При луне</p>
