Тихими слезами плачет ночь,с горьким горем свыкнуться невмочь, —белый день о ней не вспоминает,белый день о ночи знать не знает,знать не хочет — отчего онавечною тоской омрачена.А когда заря заблещет снова, —сколько в травах бисера ночного,слез ночных, и в каждую росинку,в каждую горючую слезинкупоглядится день с улыбкой яснойи пройдет — беспечный, безучастный…<p>«Желтые, сухие листья…»</p>Желтые, сухие листьясбросил наземь вихрь осенний.По сухой листве брожусредь лесов, лишенных тени.Шепот облетевших листьевсредь лесов, лишенных тени,я пойму, когда менясбросит наземь вихрь осенний.<p>«И во сне и наяву…»</p>И во сне и наявуты манишь меня —как чарующая ночь,как сиянье дня.Я о ночи грежу днем,мучусь наяву,а в ночи — лучистый денья сквозь сон зову.<p>Пейо Яворов (1878–1914)</p><p>Осенние мотивы</p>IХолодный ветер мчался в гневе,качал и гнул деревья,сухие листья сбросил с ветоки расшвырял их напоследок.Холодный ветер гнул деревья,гнал листья в даль кочевья.В нагих ветвях, в тоске глубокойстволы чернеют одиноко…IIДнем — туман, как привиденье.Ночь нисходит тьмой густой.Тучи тащатся, как тени,поднебесной высотой.Всей природой дух мертвящийзавладел как немота.В сердце холод леденящий,безнадежность, пустота…IIIРвался ветер листья выместьи расчистить небосвод,обнажив необозримостьтемно-голубых высот.Звезды скорбно вниз глядели,землю опознать страшась:на ее продрогшем теленищенских лохмотьев грязь.IV Немая полночь тьмы темней — ни проблеска, ни звука в ней,и небо где-то близко-близкок земле спустилось низко-низко. Пугает душу тишина, плутает мысль, ослеплена…Хотя бы луч звезды единой,хотя бы хриплый крик совиный!VКружился ветер что есть силы,метель немолчно голосила,звуча иначе каждый миг:то забормочет, утешая,то захохочет, угрожая,швыряя в небо гневный крик.Нет, не буран в смятенье дикомтак надрывает горло криком!Ночная плачущая жутьмне чудится людским рыданьем, —весь мир, истерзанный страданьем,взывает, напрягая грудь.<p>Ты не виновна</p>
