Избранное полностью

КАЛИБЕРОВ СТЕПАН ВАСИЛЬЕВИЧ, председатель райисполкома.

АНТОНИНА ТИМОФЕЕВНА, его жена.

МОШКИН, работник отдела заготовок.

ПЕЧКУРОВ КУЗЬМА ПРОХОРОВИЧ, директор спиртзавода.

ГОРОШКО ЕГОР СЕРГЕЕВИЧ, председатель колхоза «Партизан».

МАРИЯ КИРИЛЛОВНА, его жена.

НАТАША, их дочь, учительница.

ЛЕНЯ, их сын.

ГАННА ЧИХНЮК, колхозница.

ГАРДИЮК ОЛЬГА, спецкор областной газеты.

КУРБАТОВ СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ, прокурор.

МИХАЛЬЧУК, бригадир.

Квартира Калиберова. Воскресное июльское утро. Из спальни выходит  К а л и б е р о в. Он в пижаме и домашних туфлях. Все больше и больше раздражаясь, он долго ищет что-то, роясь в ящиках стола и буфета.

К а л и б е р о в. Закурить в доме — целая проблема. Спички прячет, шельма… Об аппетите заботится, а нервы треплет… (Нашел спички под крышкой пианино. Прикурил и возвращается в спальню.)

Входят  А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а  и  Г а н н а  Ч и х н ю к.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а (предлагая Ганне стул подле двери). Присаживайтесь, пожалуйста.

Г а н н а. Спасибо, голубка. Некогда сидеть.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Так вы специально за мешками приехали?

Г а н н а. Кладовщик просил. Уборка скоро, понадобятся.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Я уж давно хотела переслать, да все не с кем было. (Сокрушаясь.) Я виновата, а вам хлопоты.

Г а н н а. Какие там хлопоты! Все равно я на рынок приехала. Собрала десятка два яиц, хочу вот продать… А то пообещала старшенькому своему инструмент чертежный купить. А денег ни копейки.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Простите, милая, а за картошку муж уплатил?

Г а н н а. Все до копеечки.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. А то теперь, сами знаете, чуть что — и уж тебе нарушение устава припишут.

Г а н н а. Не беспокойтесь даже — уплатил.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. А ну, покажите-ка ваши яички. Может, я их куплю.

Г а н н а. Вот, глядите. Мне все равно, кому продавать.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Уж очень они у вас меленькие.

Г а н н а. Почему меленькие? Средние.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а (недовольно). Меленькие все же… Ну, ничего — возьму. (Взяв кошелку, уходит на кухню.)

Ганна, оставшись одна, с интересом рассматривает обстановку комнаты: пощупала скатерть на столе, поглядела на фотографии и вдруг заметила на пианино чучело кота, застывшего в такой позе, словно он вот-вот схватит мышь.

Входит  А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а, она передает Ганне свернутые в трубку мешки и деньги за яйца.

А председатель ваш, Горошко, очень хороший человек. Характер у него такой приятный, покладистый.

Г а н н а. Это жене такой характер приятен, а для колхоза ни к чему. Колхозу хозяин нужен, хороший хозяин. Смотрю я, голубка, удивительный кот у вас.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Чудесный был кот. Любимец мой.

Г а н н а. На что-то нацелился и уж сколько времени не шелохнется.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Так это же чучело… Как вам сказать… Портрет мне на память сделали.

Г а н н а. Так он подох?

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Умер.

Г а н н а. Объелся?

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Что вы, милая! Я за ним уж так смотрела, так смотрела! Поверите ли, на весь Минск не было такого кота. Такой умный, такой ласковый… (Вытирает слезы.)

Г а н н а. Так вы его, значит, ободрали и напихали чем-то?

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Мастер делал. Художественный мастер.

Г а н н а. Бедный котик… А те, что в коридоре, тоже ваши?

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Мои, милая, мои. Троих еще из Минска привезли, а остальных уж тут достали.

Г а н н а. А деток у вас, наверное, нету?

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. И без них хлопот хватает.

Г а н н а. Что правда, то правда. А я вот двоих одна без мужа ращу.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. А где же муж?

Г а н н а. Собакам сено косит.

А н т о н и н а  Т и м о ф е е в н а. Собакам?